Книга Баллада о павших драконах, страница 324 – Сара А. Паркер

Делая серию коротких, хриплых вдохов, я преодолеваю суровый ландшафт, пока наконец не подхожу к последнему убитому мною зверю. Я с силой выдёргиваю меч из его черепа как раз вовремя, чтобы спасти оружие от поглощения тлеющим нарывом, забирающим раза обратно.

Слатра начинает кружить, и краем глаза я лову её едва заметный кивок.

Вот только передо мной — любовь всей моей жизни. Даже эти сверкающие чёрные глаза, призывающие меня сделать всё необходимое, не могут заставить меня видеть в ней кого-то другого, кроме Рейв. Кроме той сломанной принцессы, которую я кормил в зале, играя песни, от которых раньше улыбалась Мах, в надежде увидеть хоть какой-то свет в её глазах. Дать ей немного сил, чтобы продолжать путь; продолжать бороться за жизнь.

Мысль о том, чтобы замахнуться этим мечом на неё, потратить мои последние мгновения на притворные попытки изувечить её… это идёт вразрез с самой сутью моей души.

Но на кону жизнь нашей дочери. Как и жизнь Вейи.

Слатра подкрадывается ближе.

Чувствуя удушливый груз пристального внимания Аркина, я описываю широкую дугу своим клинком. Хотя толпа и ахает, в этом движении нет ни капли того пыла, что требуется для нанесения ран.

Слатра отпрыгивает прочь, рыча вполголоса, пока шествует за моей спиной:

— Мы должны сделать это правдоподобно!

Я наклоняю голову, лицо искажается. Подавляю порыв уничтожить ком в горле мучительным криком.

И снова пристальный взгляд Аркина дразнит мою кожу.

Ощущая приближение Слатры, я позволяю голове упасть вперёд и издаю клокочущий вдох, затем резко разворачиваюсь и бросаюсь в атаку. Каким-то образом мне удаётся застать её проплох, сбив на участок прохладной земли и оседлав её бёдра с клинком, приставленным к её горлу.

Её крылья трепещут, шок и уважение пылают в её глазах. Пока я не прижимаюсь своим лбом к её лбу, игнорируя ревущую толпу. Трупы, поглощаемые землёй. Горячую кровь на обоих наших телах.

— Я люблю тебя, Лунный свет, — мой голос ломается на этих словах, глаза щиплет, пока образ перед мной размывается. — Ты слышишь меня? Я люблю тебя. И мне жаль…

Мне так, сука, жаль.

Её глаза вспыхивают.

Она толкает с нечеловеческой силой, отправляя меня скользить по камню под вздохи кровожадной толпы. Мне каким-то образом удаётся удержать меч.

Слата вскакивает. Продолжает кружить вокруг меня, пока я переворачиваюсь на бок, встаю на руки и колени.

С боем пробиваю себе путь на ноги.

— Сражайся со мной, Каан Вейгор, — её голос едва ли достаточно громок, чтобы я мог его услышать, — слова произносятся сквозь почти поджатые губы, — но они бьют, точно град камней. — Ты должен сражаться со мной.

Я разворачиваюсь, следя за её хищными движениями. Более сдувшийся, чем моё лёгкое, выжимающее быстрые, хриплые вдохи.

— Я не могу заставить себя… причинить ей боль.

Она сдёргивает свою маску и отбрасывает её в сторону, чёрные волосы развеваются вместе с дымом:

— Ты причинишь куда больше вреда, если не сделаешь этого!

Я всхлипываю. Издаю тот самый звук, за который Пах избил и обожжёг бы меня.

Нахмурившись, она смотрит на землю и осматривает тлеющий ландшафт перед тем, как опуститься на колени и сжать рукоять другого оружия. Меч поменьше освобождается со скрежетом, снимая тяжесть с моих плеч.

Меч против меча… Я могу держать её на расстоянии вытянутой руки.