Книга Кондитер-попаданка. Жена, от которой отказался дракон, страница 31 – Лилия Тимолаева

Я подвинула тетрадь.

Она прочитала дату.

— Не знаю. Эта страница уже была вклеена, когда вы принесли тетрадь сюда.

— Семь лет назад была первая годовщина их брака.

Брина посмотрела на меня.

— Видимо.

— Вы никогда не спрашивали?

— Вы не любили вопросы о господине Вальде.

Это уже не удивляло.

Я прочитала пометку снова.

«Сахара меньше».

Такие мелочи почему-то действовали сильнее больших признаний.

Прежняя Мавена знала, что муж не любит слишком сладкое.

Через семь лет, когда она создавала коллекцию для себя, вернулась к десерту, который когда-то делала для него.

Почему?

Ностальгия?

Привычка?

Попытка забрать себе идею, связанную с неудачным вечером?

Я не знала.

И впервые особенно ясно почувствовала, насколько это несправедливо.

У меня были ее записи, ее имя, ее руки, ее брак. А спросить ее саму я не могла.

До сих пор я относилась к прежней Мавене как к источнику информации: к женщине, которая что-то делала до меня, ошибалась, скрывала кухню, писала рецепты.

Теперь на старом листе она вдруг стала человеком.

Двадцатичетырехлетней женщиной, которая готовила что-то для первой годовщины брака и старательно уменьшала сахар, потому что знала вкус мужа.

Я закрыла тетрадь.

— Что случилось с ней в тот день?

Брина покачала головой.

— Я тогда ее не знала.

Значит, спрашивать придется Керрана.

И почему-то этот вопрос пугал сильнее, чем разговор об украденных рецептах.

Пятый Стол проходил на следующий день.

Комиссия снова выбрала часть коллекции по порядку.

Я почти ожидала этого.

Когда на стол вынесли светлые плоды, миндаль и карамельный сахар, сомнений не осталось.

Тот самый десерт.

Председатель объявил условие:

— Сегодня участники должны сохранить узнаваемое сочетание пятой работы, но представить его как единое изделие без отдельных слоев.

Это было проще, чем некоторые прошлые задания.

И одновременно сложнее для меня.

Я слишком много знала о происхождении рецепта.

Одел начал сразу.

Я дала себе минуту.

Не для профессионального решения.

Для того чтобы перестать думать о старом листе.

Потом занялась работой.

Мне не хотелось повторять ни первоначальный десерт, ни поздний вариант прежней Мавены.

Я сохранила три ключевые вещи: запеченный плод, миндаль и карамель.

Но вместо отдельных слоев собрала все в мягкую выпеченную основу с тонкой карамельной поверхностью.

Кислоту спрятала внутрь.

Миндаль оставила заметным.

Сахара действительно положила меньше.

Рука сама потянулась уменьшить его еще немного.

Я остановилась.

Это уже была не моя профессиональная привычка.

Я просто вспомнила запись.

«Керран не любит слишком сладкое».

Раздражающе личная причина для конкурсного решения.

Но вкус от этого становился лучше.

Значит, пусть.

Одел работал безупречно.

После Четвертого Стола он перестал рисковать и почти не делал лишних движений.

Я заметила это.

Но сегодня не следила за ним так внимательно.

Главное происходило на моем столе.

За десять минут до конца я разрезала пробный экземпляр.

Структура получилась ровной.

Запеченный плод сохранил вкус.

Миндаль не потерялся.

Карамель хрустела совсем недолго, а потом растворялась.

То, что нужно.

Я поставила работу перед комиссией.

И только после этого посмотрела на зрителей.

Керран сидел в первом ряду.

Он смотрел не на меня.

На тарелку.

Странно.