Книга Возлюбленный враг ("Тени Алых парусов"), страница 90 – Регина Грез

Наверно, я слишком поспешил и она испугалась, а потом говорила невнятно будто врет сама себе. Что имела в виду… Черт! Я сам все испортил, она велела лежать спокойно, а мне надоело изображать из себя покойника, я хотел быть самым живым с ней. Я слишком поторопился быть живым.

А эти ее вечные упреки-нравоучения, попытки уязвить мою совесть, вот же зануда. Дались ей эти евреи… Мне лично нет до них никакого дела. Бог создал на земле много разных тварей: волки, орлы, змеи, рыбы и черви... Пусть живут и евреи. Значит, они тоже нужны.

Но когда она дала мне понять, что может так же свысока думать обо мне, это было возмутительно и очень обидно. Мы такого не заслужили, мы определенно другие. Какая-то непонятная русская девчонка будет тыкать мне в лицо идею о равенстве и дружбе народов, ерунда. Мы не равны априори. Есть те, кто выше и те, что внизу. А ведь я так и знал, никакая она не княжна, это было заметно сразу. Но я уже не представляю без нее свою жизнь. Что она такое сделала со мной?

Интересно было ее спросить, ждал ли капитан Грей свою Ассоль так же мучительно долго, как она его? Вряд ли… Мужчины думают о другом. Мужчины должны воевать, путешествовать и открывать новые земли, а по пути брать себе женщин - разных, любых, что могут подвернуться под руку. А уж потом, вернувшись из плавания, из похода с богатой добычей, мужчина должен выстроить дом и привести в него одну единственную женщину, которая достойна продлить его род, взрастить его семя.

О чем мечтал капитан Грей? Разве в поисках единственной вглядывался он в берега, мимо которых проходил его корабль? О чем мечтает настоящий капитан... О далеких островах, о схватках с пиратами, о победах и славе. Мечты о женщине прячутся где-то глубоко в трюме его души, но уж если выползают на палубу, то корабль тут же меняет курс и цвет парусов, чтобы стремительно двигаться к ней.

Неважно - далеко она или близко, и есть ли море у ее дома или всего лишь узенький ручеек. Корабль сможет даже взлететь, если капитан Грей спешит к своей дорогой Ассоль на всех алых парусах своего горячего сердца.

Я больше не могу ненавидеть алый цвет. Ведь это цвет ее сказки, ее мечты, а значит, и мой тоже. И раз ей так нужен этот капитан, почему бы мне самому не стать им, ведь Грау звучит почти как Грей.

Только согласится ли она на подобную замену? Или даже сквозь алый шелк Асе будет видны цвета и эмблемы моей военной формы, которая внушает ей такую острую неприязнь.

Немецкие генералы этой войны были верхом совершенства в своей профессии – где бы то ни было. Они могли бы быть еще лучше, обладай они более широким мировоззрением и более глубоким пониманием событий. Но если бы они стали философами, то перестали бы быть солдатами

Капитан Б. Х. Лиддел-Гарт (английский военный историк)

Ася.

Меня разбудила Ганя, причем, довольно бесцеремонно. Поджимая и без того узкие губы, полька передала приказ Вальтера немедленно спуститься в столовую для серьезного разговора. Я с трудом разлепила припухшие веки, долго терла лицо руками, приходя в себя. Едва ли мне удалось поспать пару часов, а теперь еще тяжелый разговор...

Вдруг генерал меня просто выгонит? Я бы ничуть не огорчилась, только Франц расстроится. И что будет со мной дальше, вот напасть - некуда мне деваться.