Книга Цена предательства, страница 11 – Mya Fox

Она бросилась к дому Лориэль, ворвалась внутрь, перерыла ее вещи.

Карта была на дне сундука, под старыми платьями. На ней были отмечены дома, тропы, время смены дозорных. И пометка красным — «амбар. травы. слабое место».

Айлин сжала карту в кулаке и заплакала.

Утром Лориэль не нашли. Она исчезла, растворилась в лесу, оставив только пустой дом и карту, которую Айлин сжигала в печи, глядя на огонь сухими, красными глазами.

— Она вернется, — сказала Айлин, когда Гром обнял ее за плечи. — Она должна вернуться.

— Вернется, — ответил он, хотя не был в этом уверен. — А мы будем ждать.

А в большом доме, где за завтраком собрались все, Лиана смотрела на Ингрид, которая пила чай с таким видом, будто ничего не случилось. И впервые за долгое время она подумала: а что, если ее мачеха здесь не для войны? Что, если она действительно ищет мир?

Но тут же отогнала эту мысль.

Слишком поздно для мира.

И все же, когда она поймала взгляд Финна, который смотрел на Ингрид так, будто видел перед собой не врага, а... что-то другое, в груди кольнуло.

— Осторожнее, — сказала она ему тихо, когда он проходил мимо.

— С кем? — удивился он.

— С ней.

Он посмотрел на Ингрид, которая в этот момент что-то говорила Берте, и его лицо стало серьезным.

— Я знаю, — сказал он. — Но мне кажется... мне кажется, она не такая, как мы думаем.

— Все такие, как мы думаем, — ответила Лиана. — Просто иногда мы не хотим этого замечать.

Финн не ответил. Он вышел на крыльцо и долго смотрел на юг, где в утреннем тумане таяли очертания холмов.

А в комнате, отведенной для Ингрид, женщина в черном стояла у окна и смотрела на поселок. На дома, которые отстроили заново. На людей, которые стали семьей ее падчерице. На эльфа с рыжими волосами, который смотрел на нее так, будто видел не то, что все.

Она не знала, зачем приехала. Письмо с картой лежало в шкатулке, наемники ждали сигнала. Все было готово.

Но она медлила.

И не могла понять почему.

Утро не принесло облегчения.

Айлин не спала. Она сидела на крыльце своего дома, сжимая в руках пепел от сожженной карты, и смотрела на восток, где небо медленно светлело, разгоняя тьму. Серые разводы на ладонях казались ей кровью — хотя это был просто пепел, сухой и горький.

Гром вышел к ней, когда солнце уже коснулось верхушек деревьев. Он сел рядом, молчаливый, тяжелый, и его присутствие было единственным, что мешало Айлин разлететься на тысячу осколков.

— Ты уверена, что это была она? — спросил он.

— Я слышала ее голос, — ответила Айлин, не глядя на него. — Я знаю ее сто лет. Я узнала бы ее из тысячи.

— Тогда зачем спрашивать?

— Потому что я надеялась, что ошиблась.

Он взял ее руку — осторожно, как берут птенца, боясь раздавить. Его огромные пальцы накрыли ее маленькую ладонь, и в этом жесте было столько нежности, что у Айлин перехватило дыхание.

— Мы найдем ее, — сказал он. — И поговорим.

— О чем? — Айлин подняла на него глаза, и в них стояли слезы. — Она продала нас. Всех. За обещание, которое никто не собирался выполнять. Что тут говорить?

— Может быть, она одумалась.

— Ты не знаешь Лориэль. Она упрямая. И если она что-то решила...

Айлин не договорила. Она встала, отряхнула платье, и в этом движении было столько решимости, что Гром невольно выпрямился.