Книга Цена предательства, страница 10 – Mya Fox

Она осмотрела дом Лианы, похвалила убранство, сделала комплимент Мирре («Какая у вас кожа, дорогая! Эти северные травы творят чудеса»), умилилась Элинор, которая спряталась за материнскую юбку, и даже нашла доброе слово для Кайрена («Какой мужественный шрам. Настоящий воин»).

Кэйлем и Кайрен переглядывались, но молчали. Гром сидел в углу, сжав кулаки, и Айлин то и дело касалась его руки, успокаивая. Мирра накрывала на стол, и ее движения были резче обычного.

— А это кто? — Ингрид заметила Финна, который вошел в дом с охапкой дров.

— Финн, — представился он, ставя дрова в угол. — Эльф.

— Я вижу, — Ингрид рассматривала его с тем же оценивающим взглядом, что и поселок. — Молодой.

— Восемьдесят лет, — усмехнулся Финн. — По-вашему — двадцать.

— Двадцать, — повторила она, и в ее голосе мелькнуло что-то, что заставило Финна задержать взгляд на ее лице.

— Вы не похожи на злую мачеху, — сказал он, и в комнате повисла тишина.

Все замерли.

— Финн! — прошипела Айлин.

Но Ингрид рассмеялась. Впервые за этот день — искренне, не притворно.

— А ты смелый, — сказала она. — Мне это нравится.

Финн пожал плечами, пряча улыбку.

— Я просто говорю то, что вижу.

Он вышел, чувствуя на себе ее взгляд. И почему-то этот взгляд грел сильнее, чем летнее солнце.

Ночью поселок не спал.

Лиана сидела на крыльце, глядя на звезды. Кэйлем вышел к ней, сел рядом.

— Ты как? — спросил он.

— Не знаю, — ответила она. — Я думала, что, если она приедет, я буду злиться. Или бояться. А я... ничего не чувствую. Только усталость.

— Она что-то задумала.

— Знаю. Но я не хочу сейчас об этом думать. Я просто хочу... побыть здесь. С тобой. С детьми.

Он обнял ее, и она прижалась к нему, чувствуя, как медленно отпускает напряжение.

— Ты была сегодня сильной, — сказал он.

— Я была в бешенстве.

— Это одно и то же.

Она усмехнулась, но улыбка вышла грустной.

В это же время Мирра и Кайрен сидели у себя в доме и обсуждали то же самое.

— Она задумала что-то плохое, — сказала Мирра, заваривая травы. — Я чувствую.

— Я тоже, — Кайрен сидел у окна, глядя в темноту. — Но пока она ничего не делает. Только смотрит.

— Это самое страшное.

— Она ищет слабые места. Ждет, когда мы расслабимся.

Мирра поставила кружку перед ним, села рядом.

— Мы не расслабимся.

— Знаю, — он взял ее за руку. — Но береженого боги берегут.

А в лесу, на старой тропе, две тени встретились у старого дуба.

— Все готово? — спросил мужской голос.

— Почти, — ответил женский, и в нем слышалась дрожь. — Через три дня. Ворота будут открыты.

— Хорошо. Наши подойдут с юга. Жди сигнала.

— А обещание? — голос дрогнул. — Мои земли?

— Будут. Как договорились.

Женщина кивнула и шагнула в темноту.

Айлин, которая вышла подышать свежим воздухом, замерла за кустом, услышав голоса. Она не видела лиц, не разобрала слов, только обрывки. «Через три дня... с юга подойдут...».

Она рванула назад, к поселку, спотыкаясь о корни, замирая от каждого шороха. Влетела в дом, разбудила Грома.

— Там! — выдохнула она. — В лесу! Кто-то говорил! Про три дня, про юг...

Гром вскочил, схватил топор.

— Кто?

— Не знаю. Я не видела.

Он замер, глядя на нее. В его темных глазах что-то мелькнуло.

— Я видел таких, — сказал он глухо. — Она продалась.

— Кто?

Гром молчал. Но Айлин уже знала.