Книга Искатель, 2012 № 12, страница 30 – Василий Ворон, Журнал «Искатель», Татьяна Косова, и др.

— И что вы мне этого баклана двое суток поймать не можете?! Вы же у нас лучший следователь! У меня уже телефон от звонков красный! Откуда только не звонят! Результатов требуют... Вы уверены, что это обычная авария?! — прокурор с силой захлопнул папку с делом и уставился на следователя своими маленькими водянистыми глазами.

— Когда погибают известные люди... — осторожно начал тот, — когда погибают известные люди, всегда в первую очередь приходит на ум версия об умышленном убийстве. Здесь на первый взгляд все ясно. Парень выпил, дождь, превышение скорости на мокрой дороге... Не справился с управлением, ну а потом уже, конечно, испугался и дал деру! Он же сидевший — отлично знает, что ему светит. Если все так, то задержание его — вопрос времени. С другой стороны, — следователь снова кашлянул и перевел дыхание, — с другой стороны, мы обязаны проверить все версии. И некоторые обстоятельства заставляют нас это делать.

— Какие?! — резко спросил прокурор. Звякнув граненой пробкой пузатого графина, он налил себе полный стакан воды.

— Ну, хотя бы, с какой это стати он вдруг напился за рулем, когда за ним такого никогда не водилось? И вообще... У меня какое-то предчувствие, что история эта будет иметь свое продолжение. А я своему чутью доверяю, как-никак больше двадцати лет в органах! В прошлом году и этой весной у нас была парочка странных случаев. На первый взгляд похожи на обычные ограбления. Только вот грабители малость перестарались и жертвы ограблений не выжили! И было такое впечатление, что уж очень старались перестараться... Больно уж жестко и четко действовали. Дела эти до сих пор не раскрыты и висят «глухарями». Была такая версия, что это заказные убийства.

— Да, я помню...

— Они еще расследуются, но, честно говоря, по-моему, вариантов там никаких. Нужно время.

— Времени у нас нет! Ты меня понял?! Все, давай рой землю, что хочешь делай, но этого Кочеткова твоего найди мне! Помощь будет нужна — проси! Все, что нужно будет, сделаем. Каждый день мне докладывать о результатах! Три дня даю! И чтобы он тут передо мной сидел!

Александр Петрович вытащил из ящика стола маленький плоский диктофон с отблескивающей на лаковой черной поверхности серебристой надписью и, нажав клавишу, положил его перед Ирочкой. Диктофон пошипел, два-три раза прогудел сигналом телефонного вызова, а потом неожиданно четко сказал голосом Ирочки:

— Алло!.. Алло! Слушаю вас!

— Ирина Павловна? Здравствуйте, голубушка! Узнали? — донесся из динамика трескучий старческий голос. — А я ведь вам по какому поводу звоню! Тут, намедни, я телевизор смотрел. Горе, говорят, у вас! Так вы, голуба моя, примите соболезнования! От чистого, как говорится, сердца! У вас-то сейчас забот, конечно, будет печальных... Да... С неделю, наверное, не меньше... Ну а уж через недельку жду! Не забывайте старика...

— Я... я... Я не успею! Это же все... все так неожиданно случилось! Мне же еще надо... Я и в наследство еще не вступила... Мне надо... — Голос Ирочки в диктофоне дрожал, и она явно была очень напугана этим звонком.

— Не по телефону, голубушка! Не по телефону! Значит, через недельку и жду... Ну, здоровьица вам крепкого, не болейте! — перебил Ирочку неизвестный собеседник, не дав закончить начатую фразу, а потом прозвучали гудки отбоя.