Онлайн книга «Тысячи осеней. Том 1»
|
От того, что даос коснулся его тайных переживаний, Юйвэнь Цин смутился и волей-неволей зарделся. Выждав немного, он добавил: — Что ж, тогда неудивительно, что мне так спокойно в этом городе. Как только мы очутились здесь, нас миновала смертельная опасность. И по этой же причине, судя по всему, младший наставник с легким сердцем оставил посольство и отправился по своим делам. — Да и государства Чэнь и Чжоу желают заключить союз. Что станется с ним, если в Цзянькане на вас совершат покушение? Как будет объясняться император Чэнь перед чжоуским государем? – напомнил о политике Шэнь Цяо. – Вас берегут как зеницу ока, иначе ни о каком союзе не может быть и речи. В связи с чем мастера боевых искусств государства Чэнь тоже присматривают за посольством денно и нощно, просто вы их не замечаете. Закончив говорить об этом предмете, оба пошли дальше, и тут Юйвэнь Цин зачем-то приблизился к Шэнь Цяо, после чего, понизив голос, признался: — Молодой господин Шэнь, вижу, что вы нисколько не походите на фаворита, к тому же я никоим образом не смею смотреть на вас сверху вниз, однако мне надобно сказать вам несколько правдивых слов. Благо что младший наставник сейчас отсутствует… Знаете ли вы, как о вас отзываются в Чанъане? Шэнь Цяо ответил ему вежливой улыбкой, и Юйвэнь Цин ошибочно решил, что этот благовоспитанный господин ничего не знает. Но от своего замысла посол не отказался и, тщательно подбирая слова, пояснил: — Все в один голос твердят, что вы дракон, увязший на мелководье. Отчаяние толкнуло вас обратиться к главе Яню, и теперь, дабы выжить, вы во всем угождаете ему. Даже поговаривают, что вам… кхм… пришлось поступиться своей совестью и чистотой… Разумеется, я все понимаю, вы не такой! Тем более вы спасли мне жизнь, и вместе мы проделали такой долгий путь! Но, как говорится, людская молва и золото расплавит, а клевета любую кость разъест. Если у вас все-таки есть возможность отдалиться от младшего наставника Яня, от всей души советую так и поступить. К чему терпеть напраслину и поношение? Ай, даже я сам не свой от гнева делаюсь, когда слышу от других подобные досужие домыслы! Шэнь Цяо догадывался, что подобные речи Юйвэнь Цин завел сугубо потому, что стал свидетелем странной сцены в повозке, однако объяснить подоплеку этого случая он в двух словах не мог, отчего ограничился вежливым уверением: — Благодарю вас за добрые намерения, однако вы глубоко заблуждаетесь: наша связь с главой Янем вовсе не такова, как вы думаете. Глава Янь – человек несколько… сумасбродный, а потому поступки его нередко ошеломляют других. — Понимаю, понимаю, – торопливо закивал Юйвэнь Цин. – Разумеется! Как можно! Вы – и фаворит младшего наставника Яня? Исключено! Да и у меня, знаете ли, нет никаких предубеждений касаемо пристрастий Лун Яна… Просто в вашем нынешнем положении будет весьма неудобно иметь некоторые… э-э-э… особые отношения с младшим наставником Янем. Его-то слухи и кривотолки обойдут стороной, а вот вы, несомненно, пострадаете! — Никаких особых отношений между нами нет, – растерянно возразил Шэнь Цяо. – И пристрастий Лун Яна я не разделяю. — Понимаю, понимаю! Такое уж точно не для чужих ушей! Но мы-то с вами и без лишних слов… все понимаем… Шэнь Цяо промолчал. Он вдруг почувствовал, что ему совсем неинтересно поддерживать беседу с послом, и, что бы Юйвэнь Цин после ни говорил, он слушал его вполуха. |