Книга Тысячи осеней. Том 1, страница 129 – Мэн Сиши

Вдобавок ему доводилось слышать о Се Сяне. Он происходил из семейства Се уезда Чэнь и считался в академии Великой Реки лучшим учеником своего поколения. Ходили слухи, будто бы Жуянь Кэхуэй готовит его себе в преемники. Да и сам Се Сян всячески оправдывал возложенные на него надежды. Несмотря на юность, он уже считался одним из молодых мастеров вольницы-цзянху, поскольку постигал боевые искусства под наставничеством самого Жуянь Кэхуэя. А что до конфуцианского учения, то поговаривали, будто бы в этой науке он превзошел даже своего учителя. Академия Великой реки весьма часто созывала на диспуты конфуцианцев со всего света, и с некоторых пор голова морского чудовища неизменно доставалась Се Сяну. Иными словами, с Се Сяном следовало обходиться вежливо, и на то было множество причин, начиная с желания выказать почтение его прославленному учителю и заканчивая уважением к самому молодому дарованию. Однако Янь Уши решительно пренебрег всем, смеясь юноше прямо в лицо!

Разумеется, человек вспыльчивый никогда бы не стал любимцем Жуянь Кэхуэя. На лице Се Сяна лишь промелькнула тень неудовольствия, однако он тут же вернул себе самообладание.

— Сей Се исполняет поручение владыки академии Великой Реки: он приглашает главу Яня в Праздник двойной пятерки встретиться в Чанъане, в тереме Сосредоточия Ян.

— Раз Жуянь Кэхуэй так жаждет со мной увидеться, то пусть сам и приходит, – фыркнул Янь Уши. – Зачем такие сложности?

С этими словами Янь Уши круто развернулся, собираясь уйти, но Се Сян вновь окликнул его:

— Могу ли я просить главу Яня преподать мне урок и сразиться со мной?

Янь Уши усмехнулся и вдруг указал на Шэнь Цяо:

— Хочешь верь, а хочешь не верь, но ты даже ему в подметки не годишься.

К великому сожалению, облик Шэнь Цяо и вправду был обманчив, к тому же Янь Уши во время трапезы вел себя с ним неподобающе, как будто они состоят в чрезмерно близких отношениях. Неудивительно, что и Се Сян поддался всеобщему заблуждению. Услышав предложение Янь Уши, он грозно нахмурился, а на Шэнь Цяо даже не взглянул.

— Глава Янь, вы же выдающийся человек! Зачем унижать себя и позорить меня, выставляя на бой какого-то наложника?

В ответ Янь Уши притянул Шэнь Цяо поближе, хотя тот намеренно отошел от него на несколько шагов. И когда Демонический Владыка заговорил, его голос так и сочился медом:

— А-Цяо, он оскорбил тебя. Неужели ты стерпишь обиду?

Шэнь Цяо не нашелся с ответом.

Он ведь просто тихо-мирно стоял рядом, даже рта не раскрывал. Как же случилось, что его выставили крайним?

Пускай Янь Уши втянул своего спутника в спор, Шэнь Цяо и сам был не прочь сразиться с Се Сяном. Судя по тому, что юноша сказал в купеческом зале, он явно не хвастун и не пустобрех, стало быть, противник из него выйдет достойный. Руководствуясь этими соображениями, Шэнь Цяо решил похвалить его:

— Слышал ваши суждения и многое постиг. Могу ли я попросить ваших наставлений и в боевом искусстве?

Доброе слово приятно всякому, и даже Се Сян, предубежденный против Шэнь Цяо, от такой обходительности смягчился: он больше не мог пренебречь этим человеком и повести себя грубо. Только вот сражаться Се Сян собирался с именитым Янь Уши, а тот возьми и выстави вместо себя безвестного молодого мужчину. Такие условия были сами по себе унизительны, и неважно, уступит Се Сян или одержит верх. А потому юноша спокойно принял похвалу и отказался принимать вызов: