Книга Несравненный. Том 1, страница 132 – Мэн Сиши

Девушка его ответом не удостоила, лишь смерила юношу холодным взглядом, на что тот обиженно надул губы.

«Не я же травил вашего Вестника, – подумал он. – И не я таскал его повсюду за собой на привязи. Это все мой господин, а я просто выполнял приказы, так почему же вы меня-то делаете крайним?»

— Жители Когурё и Фусана всегда были близки, – вдруг принялся объяснять Цуй Буцюй. – Их боевые искусства тоже восходят к общим истокам, и в основе их лежит непредсказуемость. Мастера предпочитают либо затаиться и потом внезапно нанести смертельный удар, либо стремительно напасть и быстро одержать победу. На легкость и ловкость они полагаются редко, и подобному цингуну обычно обучают лишь женщин.

— Неужели это Цинь Мяоюй его научила? – осенило Пэй Цзинчжэ. – А он ее предал!

Цяо Сянь лишь криво усмехнулась. Она ничего не сказала, но юноша и так понял, что она имела в виду: «Ничего удивительного, все мужчины на свете вероломны и бессердечны».

— Но ведь они изначально были заодно, потом Цинь Мяоюй предала Инь Цзайжуна и забрала нефрит Небесного озера себе, а теперь он выдал ее. Это просто грызня двух шелудивых псов! – не выдержал Пэй Цзинчжэ.

— Цинь Мяоюй, конечно, тоже не образец добродетели, – ледяным тоном заметила Цяо Сянь. – Но Инь Цзайжун… Раз уж он так обошелся с Лу Ю-нян, то наверняка не видит ничего особенного и в том, чтобы предать сообщницу.

При упоминании барышни Лу Пэй Цзинчжэ ненароком обернулся к гробу и прикусил язык.

Тем временем Инь Цзайжун ловко перескакивал с крыши на крышу: еще один прыжок – и он скрылся бы окончательно, упорхнув за стену. Звуков погони слышно не было, и это настораживало. Стоило молодому человеку подивиться про себя, как вдруг прямо перед ним что-то мелькнуло, а плечо пронзила резкая боль. Инь Цзайжун тяжело опустился на землю, и пусть клинок его по-прежнему сиял, все еще напоенный внутренней силой, спастись он бы уже не смог.

Едва ноги беглеца коснулись земли, как его тотчас обездвижили, прожав жизненные точки. Увидев перед собой Фэн Сяо, Су Син совсем пал духом и закрыл глаза.

— Хочешь – убивай, хочешь – на куски изруби, только прошу – даруй мне быструю смерть! – молил он.

— Печать, – повторил Фэн Сяо.

Пэй Цзинчжэ понял намек, подошел ближе, вытащил из-за пазухи Инь Цзайжуна печать и почтительно протянул ее своему господину.

— Слово монаха Цуя – мое слово, – сказал Фэн Сяо. – Если мы действительно найдем Цинь Мяоюй в одном из указанных тобой мест, чертог Явленных Мечей соблюдет уговор и проявит к тебе снисхождение.

Молодой человек вскинул голову и посмотрел на него с недоверием: он, похоже, не ожидал, что Фэн Сяо и впрямь сдержит обещание. А Лу Ти тем временем, не обращая внимания на рану на шее, прорвался наконец к убийце своей дочери и отвесил ему звонкую пощечину. От неожиданного удара юноша дернул головой, щека его вмиг распухла.

— Верни мою Ю-нян! – скрипнув в гневе зубами, крикнул старик. Лицо его исказила такая злоба, что казалось, он готов был разорвать ненавистного прямо на месте. Пэй Цзинчжэ попытался отстранить Лу Ти, но тот и не думал униматься: – Не мешайте!

— Вам нужно позаботиться о похоронах Лу-ши, а этот человек теперь в ведении чертога Явленных Мечей, – сказал Пэй Цзинчжэ, стукнул Лу Ти по затылку, оглушив его, и передал бесчувственного старика прислуге, дабы те унесли его в дом.