Книга Господин прокурор, страница 156 – Катерина Траум

— Все одно – смерть, – обреченно промямлил Билли. – Но так у меня остается надежда.

— Вы могли бы помочь следствию, – сменил тактику Киллиан, добавив в интонацию чуть-чуть участия. – Спасти себя от виселицы. Поверьте, если у меня не будет иных подозреваемых, она неминуема: Соланесы вас защищать точно не станут.

Билли шумно вздохнул, уставившись на свои дрожащие руки в кандалах.

— Я… я подумаю, прокурор, – спустя напряженную паузу выдавил он. – Если вы сможете сохранить мне жизнь, я согласен назвать всех причастных. Но сначала докажите, что в ваших камерах я смогу выжить.

— Докажу, мистер Дампер. Можете не сомневаться.

Закончить тяжелый рабочий день удалось лишь к позднему вечеру – и то когда в кабинет уже робко постучалась уборщица. Киллиан до последнего не покидал Дом правосудия, готовясь завтра с утра выполнить все обещания Томпсону и отстоять свой ранг, предъявив обвинения Билли. Того, как и договорились, посадили в одиночную камеру с круглосуточной охраной, которой прокурор добрых полчаса давал наставления: никого не подпускать без специального разрешения с его личной печатью, проверять весь паек, включая воду, и не называть вслух фамилию арестованного, ограничиваясь между собой кодом «задержанный ноль-одиннадцать».

Пейдж подозревала, что матерому гангстеру и так было за что отвечать перед законом. Поэтому факт, что его обвинят в убийствах, возможно совершенных не его руками, не мучил совесть. Именно с предательства Билли началась вся заварушка в Энфорте, едва не был повешен ее собственный брат. К тому же главное сейчас защитить Киллиана и от рьяного начальства, и от Леонардо, а уж если у Дампера хватит мозгов раскрыть все карты, то к полноценному суду в руках прокурора будут иные виновники. А пока что Билли и впрямь было не найти места безопаснее тихой одиночки в Доме правосудия.

Домой пришлось ехать затемно, разрезая окутанную густым туманом дорогу светом фар. Киллиан был как никогда взбудоражен, и даже кровоподтек на губе не мешал ему обсуждать случившееся днем.

— Кто бы мог подумать, что Эдди не соврет, – не переставал удивляться он, одной рукой держа руль, а второй ослабляя узел галстука.

— Сказал бы он про эту наводку раньше, и, кто знает, может быть, удалось бы даже предотвратить убийство Хоббса и задержание Гейла, – укоризненно вздохнула Пейдж. – Жаль, что Билли так боится раскрывать имя своего владельца. Хотя, знаешь… не то чтобы догадка…

Она махнула рукой: мысль появилась совсем глупая и поверхностная. И все же она скребла изнутри истинно женской интуицией, привлекая внимание.

— Делись уже, – хмыкнул Киллиан, искоса глянув на ее задумчивое лицо. – Сегодня только благодаря твоей абсолютной безрассудности был задержан подозреваемый – так что у тебя точно есть право высказывать любые идеи.

Он как будто хотел официально обосновать свои слова, но при этом в голосе сквозило такое восхищение, что эти попытки были не более чем пылью на бриллианте, неспособной скрыть его ценность.

— Ерунда, конечно, полная, – вдохновившись, выпалила Пейдж, – но меня зацепила формулировка. Билли сказал: «Когда воротишь такие дела, точно не подашь раба-свидетеля в розыск». Подашь в розыск? Простые люди так не говорят, потому что у них нет полномочий подавать кого-то в розыск, арестовывать… То есть, я хочу сказать, если бы что-то подобное пытался сформулировать кто-то другой, сказал бы вроде «не пойдешь в полицию», «не обратишься к судье за наказанием раба».