Книга За солнцем, страница 46 – А. Кластер

Отвечать Анкарат не стал.

Ариш налил в чашку ещё вина, протянул Анкарату. В чёрной жидкости отразилось его лицо: щёки запали, в глазах – плохой-плохой свет.

Ариш тем временем говорил, как давным-давно на портовом складе – лениво, по-свойски: чтобы получить медальон, пройдёшь испытание, но не бойся, тебе будет несложно; не дерись больше с Шейзой, он задирает тебя не со зла, очень уж чтит городские порядки, так долго пытался получить Печать путешествия, не мог успокоиться, потеряв. Это особое дело, путь за пределы земель Старшего Дома, по возвращении будет встреча с Правителем на Вершине. Может, он и в Отряд кого-нибудь выберет. Для нашего гарнизона – редкая честь, сам понимаешь. Ладно, давай собирайся. Если хочешь свой медальон, приходи на тренировочный двор.

Его шаги стихли, и Анкарат отставил в сторону чашку. К вину не притронулся.

Когда уходил, увидел Лати: та сидела возле стены, обняла колени, спрятав лицо. Книга валялась рядом.

— Анкарат, – вскинулась на его шаги, – я не знала, что он так сделает с самоцветом, прости…

Объясняла ещё что-то – как трудно в гарнизоне задержаться девчонке, как много пришлось учиться, чтоб не толочь сон-траву вместе с сёстрами в отцовской лавке, а служить одному из сердец города, его защитникам, как хотела помочь…

— Не знала, – оборвал он, – так и нечего убиваться.

Не знала, а теперь знает. И Анкарат знает тоже.

И что с этим делать?

— Да уж, – Гриз беспокойно поскрёб запястье, – с нами вновь происходят похожие вещи. Сложно прийти в Верхний город и сохранить свободу.

Анкарат не стал спорить, щёлкнул мечом на поясе, высек тёплую искру.

Спину теперь холодил ещё один меч – широкий меч Стражи с хищным шипастым навершием на рукояти. Получить его оказалось и правда несложно, как и медальон.

После трёх дней в лечебном покое тренировочный двор показался удивительно чётким, обновлённым, как после дождя. Блики смотровых линз рассыпались вокруг, небо дышало светом, даже запах моря приблизился.

В стороне, под навесами, собрались другие ребята. Перебрасывались редкими словами, смотрели пристально. Как и прежде, словно на чужака – но чужака, которого заметили. Был среди них и Шейза – лущил орехи из холщового мешка, что-то насвистывал, новое копьё блестело на солнце. Казался совсем таким же, как и до Сделки, только взгляд угрюмый, смурной.

Испытание проводил один из соратников Ариша, тех, кого Анкарат видел на портовом складе. Объяснил правила: оружие Стражи должно тебя признать, позволить сразиться, разбить цепь запрещённых знаков. Пробуй.

Новый меч зашептал незнакомо, когда Анкарат его поднял, кольнул в запястье холодной искрой. Во рту проступил странный вкус – металлический, стылый. Это оружие было совсем другим, рука будто погружалась в холодную воду: до локтя, потом до плеча, до сердца… Но взять меч колдуньи – провалить испытание.

Анкарат позвал солнце, и солнце откликнулось.

Тело, слишком лёгкое после болезни, похожее на пустой контур, согрелось, движения заострились, и новая сталь в руках ожила, запела. Бился Стражник совсем не как Шейза, почти лениво, отступал, отражал, пропускал удары, а когда Анкарат разозлился и попытался ударить всерьёз, отмахнулся:

— Пойдёт.

Бросил на землю несколько ярких камней, в бликах башенных линз те заискрили, по воздуху побежала вязь знаков, тонкая, как паутина. И разорвать её оказалось так же легко: истлела, осыпалась после пары взмахов, остался лишь звон по коже. Вот и всё испытание, не сравнить с теми преградами, что он расплавлял в кварталах, или со студенистым, безвыходным воздухом покоя. Пусть Анкарат и хотел получить медальон и убраться отсюда хоть ненадолго, пусть Ариш и предупреждал, что будет несложно, разочарование холодило ладони, растекалось под рёбрами.