Книга За солнцем, страница 247 – А. Кластер

Однажды, когда его подруга ускользнула к другим колдунам готовиться к вечернему ритуалу, Гриз дослушал, как бежит по волнам серебристое эхо её шагов, и спросил:

— Как думаешь, может, здесь мы и должны были оказаться?.. Может, в этом наш Путь?..

Голос его пролился как в полусне, в удивительной грёзе. В чёрных зрачках бежала, бежала мимо вода. И Анкарат не сумел ответить. Не смог его ранить.

Но Гриз всё понял и сам. Встряхнулся, договорил глухо:

— Нет, вряд ли. Они меня не признают. Сколько её ни уговариваю, присоединиться к их ритуалу по-настоящему не разрешает, только смеётся. И Старшая… не видит меня. А когда видит… смотрит так, словно я преступник, но не помню об этом.

Анкарат вдруг разозлился – и на колдунью, и на подругу Гриза.

— Может быть, ещё рано! Может, ещё признают. Мы здесь недолго. – И добавил глухо: – Если захочешь остаться… если решишь, что здесь твоё место…

Гриз полоснул его потемневшим, вновь заострившимся взглядом. Над рекой поднялась музыка ритуала, затопила всё, унесла слова вниз по реке.

Да, не стоило так говорить. Даже если Гриз хочет остаться, не время для таких слов. Но Анкарат не желал, чтобы кто-то следовал за ним, сомневаясь.

— Этого не случится, – голос Гриза надрезал музыку, – моя магия там, где ты.

Как ни хотелось дать товарищам больше покоя и отдыха, нужно было спешить.

Об этом предупредил Аметран.

Ритуал закончился, военачальник подошёл к Анкарату – в тот миг казался другим человеком. В глазах отражался цвет ночи, живое пламя костров – мертвенная бесцветность исчезла. Долина вдохнула в него не просто надежду – новую жизнь.

— Я говорил с местными. Они ни на что не отвечают прямо, говорят: то, что случится, – твоё решение и твоя забота. Но я вижу: готовы принять нас, если мы захотим.

Принять. Как когда-то приняли мать Гриза, как, может быть, примут его самого. Кто-то уходит с Пути. А кто-то может к нему присоединиться. Всё правильно.

— Разве этого мы хотим? – спросил Анкарат тихо. Аметран откликнулся невозмутимо:

— Тебе решать. Им пригодилась бы наша сила. А нам пригодилось бы то, что умеют они. Но, принимая решение, ты должен знать. Мы – по-прежнему старшая кровь, Отряд Правителя. Долина укрыта колдовством. Но он сумеет нас отыскать. Помни об этом.

Больше в глазах Аметрана не вспыхивало пламя. Он смотрел в сторону рваной линии гор.

— Ты всё ещё веришь, что он пришёл бы к нам на помощь? – Сколько Анкарат себя ни проклинал, так и не отучился от жестоких, слишком прямых вопросов. – Что осада не была его планом, чтобы нас ослабить? Ты хотел ждать, но разве мы ждали недостаточно долго? Если бы он искал нас, разве до сих пор не нашёл бы?..

— Мы оставили разрушенный, обезглавленный город. Город, силу которого ты ему не передал. Я не знаю, каким был настоящий план до этого. И не знаю, как он поступит теперь. Знаю только, что предложения поступать осмотрительней тебя только распаляют. Толкают вперёд. Я понимаю. Это против твоей природы. Потому хочу, чтобы ты понял всё, что важно сейчас понимать. Он найдёт нас. И когда это случится…

Аметран замолчал надолго. Взгляд его совсем выцвел, словно он снова смотрел, как падает пепел.

— …я совру, если скажу, что не хотел бы, чтобы вы поняли друг друга, – закончил он наконец. Тень тоски мелькнула в его словах. Тоски по городу, что столько лет направлял Аметрана. По огню, что заменил огонь его жизни. По воле человека, заменившего его собственную волю. Мелькнула – и растворилась, обратилась ровной решимостью. – Но не знаю, возможно ли это теперь. Если нет – сила этих людей тебе пригодится.