Книга На порубежье, страница 70 – Андрей Булычев

— В такой как раз-то и надо, — не согласился Варун. — Чтобы высадке не помешали. Нам главное — это пешую рать высадить и берег занять, орудия мы уже потом выгрузим.

— Ну смотрите сами, — командир конницы пожал плечами. — Я к дозорной сотне ещё и сотню Чеслава отрядил, и дружину нальшей. Так что немец там у Кокенгаузена пуганый, не должен особо ночами бродить.

— Ну вот мы и проверим, — усмехнулся Андрей. — Часа четыре хода нам дотуда, как раз, значит, в самую темень подойдём. Евсе-еич, припас весь выгрузили?!

— Так точно! — откликнулся старший оставляемого расчёта. — Всё под навесом сложено.

— Все на палубы! — скомандовал бригадир. — Старшим, проверить своих людей! Готовимся к отходу!

В полночь речной караван, пройдя большой дугообразный поворот, вышел на прямой путь.

— Ещё немного прямо и потом будет большой остров, — пояснял на немецком стоящему рядом командиру кормчий Питер. — Латгаллы его называют Криевкална. Думаю, лучше его справа обойти и потом высадить людей. Берег там хороший, есть где к нему пристать. А вот сама крепость она чуть дальше, на обрывистом мысе стоит. И под ней, чуть выше по течению, устроена пристань. Да, кстати, с угловой крепостной башни туда легко с высоты можно докинуть самую обычную стрелу, не говоря уж о дальнобойных машинах.

— Понял, спасибо, Питер, — поблагодарил немца Андрей. — Тогда мы не будем рисковать и лучше высадим людей там, где ты и сказал, а уж орудия и все тяжести выгрузим позже, когда соорудим свою временную пристань. И не забудь, если всё пройдёт удачно — эта ладья твоя. Я думаю, Рижский епископ не обеднеет. Перевози семью хоть в нашу Нарву, хоть в сам Новгород, там она будет в безопасности, а ты будешь всегда при деле.

Впереди, еле различимое в дождливой мгле, чернело что-то большое.

— Вот он, этот остров, — произнёс негромко кормчий и налёг всем телом на рулевое весло.

Судно с тянущимся позади плотом медленно вошло в боковую протоку. Когда проходили самое узкое место, на правом берегу, совсем рядом, заржал конь. Стоящие на палубе скинули полог, и защёлкали взводимые самострелы.

— Кто тут, отзовись?! — донёсся окрик с берега. — А не то стрельнём!

— Андреевская бригада, передовой отряд! А ты кто таков?! — рявкнул в ответ Варун.

— Дозорная сотня, десятник Ерофей! — откликнулись из темноты.

— Это который с Ванькой Репьём в друзьях?! — уточнил Фотич.

— Точно так, — донёсся ответ. — Ваня сейчас у крепости, а меня тут с десятком выставили. Две сотни саженей ещё вам плыть, и правьте к берегу, там место хорошее для высадки. А к крепостной пристани не идите, немец нет-нет со стен факелы бросает, а потом ещё и стрелу мечет.

— Знаем уже, — буркнул Варун. — Пошли человека, чтоб подсказывал, где высаживаться. Как бы не проскочили, не видать отсель.

Вскоре к стоящим на берегу всадникам подтянулась передовая ладья. Прямо в воду с неё спрыгнули пятеро, на берег они вытащили концы канатов. Спешившийся конный десяток тоже взялся за них, и судно начали подтягивать к берегу.

— Тише, тише! — щупая дно шестами, покрикивали русские помощники кормчего. — Плавно, без рывков тяни! Ещё немного. Ещё-ё. Стой! Будя, а то глубоко сидит.

До берега оставалась ещё пара саженей, и мостки скинули прямо в воду. С плеском спрыгивали с них воины. Пройдя по пояс в воде, они поднимались на берег и вставали в линию со щитами. Крепость была рядом, и приходилось сторожиться. Ладья, выгрузив людей, отошла от берега и к нему подтянули плот. После высадки плот затащили концом на сушу, и следующая ладья уже приставала к притопленным брёвнам словно к пирсу. Сотня за сотней сходили на берег люди, и вскоре на нём стоял уже крепкий отряд. Подскакавший с парой десятков всадников командир дозорной сотни спешился около первой линии пешцев.