Книга На задворках империи, страница 130 – Андрей Булычев

— Хорошая весть, Али, спасибо тебе, друг, — поблагодарил его Тимофей. — Значит, и правда скоро на квартиры нам собираться. Как дорога на Шушу, чистая?

— Чистый, — заверил тот, вскакивая в седло. — Мало-мало люди ходить. Один только обоз с купец идти в Ахар. Десять, нет, десять и ещё два повозка и два раза по десять конь с вьюк и ишак идти. Бумага с собой. Проверить, ничего интересный в обоз нет. Скоро он тут быть. Мы дальше ехать. Будь здрав, Тимэй! — крикнул он Гончарову и, подстегнув коня, ускакал со своей сотней к селу.

— Будь здоров, Али. — Прапорщик махнул ему вслед.

Обоз услышали издали, скрипели оси повозок, слышались покрикивания погонщиков и ржание лошадей. Очередь дежурить на дороге была у взвода Гончарова и молодого подпоручика из егерей.

— Сто-ой! — крикнул Тимофей, подняв руку. — Старший каравана кто?!

— Я старший, господин, Зульяр! — Невысокий сухонький дядечка в запылённых чалме и халате выбежал навстречу. — Караван: Ахар, Тебриз, Сараб идти! — перечислял он, зажимая пальцы на руке. — Деньга большой русский человек платить, он важный бумага давать. — И протянул свёрнутый в трубку лист с проставленной на нём чернильной печатью. — Купец Ахар, Тебриз, Сараб сколько сказать, столько деньга и платить, потом хорошо по урус земля ходить. Белый царь любит купец, никого не обижать. Пропускать начальник, нас Шуша проверять, вся повозка смотреть.

— Подателем сего, персидским купцом из Тебриза Зульяром, и следующими с ним купцами Гейдаром, Галибом и Миладом заплачены все положенные пошлины… — зачитывал составленную чиновником Кавказского наместничества бумагу Тимофей. — Так… беспрепятственно… ага… десять повозок… Плохо, Зульяр. — Он покачал головой. — Никак не могу я тебя пропустить, будем всё проверять и смотреть. Внимание, взвод! — повысил Гончаров голос. — Первое и второе отделение — к повозкам! Осмотреть их! Третье отделение стоит, наблюдает с оружием наготове. Господин подпоручик, мы на досмотр! — крикнул он командиру взводу егерей.

— Да ладно, чего там глядеть, если там бумага с печатью? — возразил тот. — Они в Шуше всё до нас выправляют.

— Зачем глядеть?! Всё хорошо платить, дорогой бумага в Шуша получать, подарок давать! — причитал, семеня ногами рядом с Тимофеем, купец. — Жаловаться большой господин.

— Будем проверять, Зульяр, у тебя в бумаге написано десять повозок, а тут на самом деле целая дюжина. — Гончаров показал на караван. — Ты что же это, за две повозки пошлину не заплатил? Белому царю пошлину недодал? Это нарушение! Арестовывать тебя буду. Тюрьма бросать. Понял?

— Не надо тюрьма, — побледнев, заблеял купец. — Я ошибаться считать, я сейчас всё тут заплатить. — И полез в карман.

— Не нужно ничего. Если в повозках всё хорошо и ничего запрещённого в них нет, обещаю — я тебя и так отпущу. Но коли у тебя бумага с нарушением составлена, значит, имею полное право для досмотра. Глядите лучше, братцы! — крикнул он подошедшим к арбам драгунам. — В первую очередь оружие смотрите и порох. Запрещён вывоз хлебного вина, соли, бадьяна, крашеных мехов, парчовой ткани с золотом и серебром и вещей со священными изображениями.

Купец, замолчав, сопел, стоя за спиной у Тимофея, а тот оглядывал караван с обочины. Всё как обычно: у каждой арбы один-два погонщика или хозяина товара. Вьючные лошади связаны по две или три друг за другом. В каждой такой цепочке по одному погонщику. Все обозные в грязных, рваных одеждах и сами чумазые. Ну да, путь долгий, пыль, грязь, зола и гарь от костров, поневоле испачкаешься.