Книга Крест за Базарджик, страница 98 – Андрей Булычев

— Сова кричит, вашбродь, – подъехав ближе, произнёс Блохин. – Вот опять.

— Всем стой! – приглушённо скомандовал Гончаров.

Действительно, с той стороны, куда они сейчас направлялись, донеслось еле слышное угуканье.

— Отвечай. – Прапорщик толкнул Лёньку локтем.

Точно такой же крик совы полетел по окрестностям.

Минуты через три раздался глухой топот копыт.

— Свои! – Тимофей опустил ствол ружья.

— Тихо всё, ваше благородие, – доложился подскакавший драгун. – Из пятёрки Смирнова Гришку Казакова встретили, говорит, передайте господину прапорщику – спокойно всё вокруг.

— Поехали. – Гончаров махнул рукой.

Через несколько минут отряд был у того поворота, где и должна была произойти встреча с разведчиками. Дальше на конях ехать было нельзя, и все спешились.

— С дороги сведите, – распорядился командир. – И держите под седлом, подпругу не ослаблять, чтобы, если что, сразу вскочить можно было.

С северной стороны на дороге мелькнули тени, и на них тут же нацелились десятка два ружей.

— Свои, вашбродь! – донёсся знакомый голос. – Я это, Смирнов. Не стрельните!

— Опустить оружие! – скомандовал Тимофей. – Признали тебя, Марк, подходи. Рассказывай, как тут у вас, что разглядели? За дорогой мы и сами смотрели, ты по крепости и по переправе главное и поподробней.

— Так, понятно. Переправа паромная, между берегами толстенный канат натянут, вот по нему и ходит эдакое, то ли судно, то ли плот. Большая такая дура. Небось, телег десять зараз возьмёт или с полсотни всадников. Баранов переправляли под вечер, так всё стадо на неё согнали, стояли, кучковались там. Теперь по караулам на берегу. На нашем полтора десятка человек, при своём командире. Простые воины в войлочных колпаках, а у этого тюрбан на башке. Важный такой, днём всё ходил и покрикивал на всех, потом баранины нажрался и спать завалился в шатре. Да, забыл сказать, они пару баранов из тех, что в крепость гнали, то ли выкупили, то ли им так их отдали. Вечером зарезали, мясо на костре пожарили и в казаны покидали вариться. Такой запах по окрестностям полетел, м-м-м. – И Марк, зажмурившись, покачал головой. – Мы за сотню шагов от них под кустами лежали, и то все слюной изошли.

— Бараны – это хорошо, а по крепости что скажешь? – перебил его Гончаров.

— Ну что сказать, ваше благородие, по всему получается, что немного там турок, – встряхнувшись, продолжил Смирнов. – Нет, там и конные, конечно, есть, и пушкари с пехотой, но кажется мне, пара тысяч всех вместе, не больше. Пехота на валах ковыряется, чего-то чинит всё время, а конные у реки или в степи табунятся и время от времени большими и малыми отрядами куда-то отъезжают.

— Пара тысяч, пара тысяч, – произнёс задумчиво Тимофей. – Хорошо, если так, а если их вдруг гораздо больше? И остальные внутри крепости сидят? Валы-то, небось, не смогли наши совсем срыть, когда уходили? Вдруг за ними ещё есть турки?

— Не-ет, никак не может быть такого, – покачав головой, уверенно заявил Марк. – Чего им там прятаться? Ну пусть не две, а две с половиной тысячи человек в крепости. Ну уж никак не больше.

— Да, язык нам точно нужен, – заметил прапорщик. – Чтобы из его уст всё, что наше командование интересует, прозвучало. Причём нужен хороший язык, знающий. Заметили, где этот старший караула, который в тюрбане, находится?