Книга Эскадрон, сабли наголо!, страница 100 – Андрей Булычев

— С места шаго-ом ма-арш! – крикнул Чанов. – Раз, раз, раз-два-три! Раз, раз, раз-два-три! Левой, левой! В ногу идем!

— Вот так, а то ходят стадом, порядку не знают, – удовлетворенно проворчал фельдфебель, глядя вслед драгунам. – За всеми вечно пригляд нужен!

— Чанов, хватит уже из себя унтера изображать! – выкрикнул из строя, пройдя улицу, Герасим. – Все уже, ушли мы от комендантских!

— Отставить разговоры в строю! – рявкнул Ванька. – А ну ножку выше тянем! Тянем, Рябой, я сказал! Тянем!

— Да пошел ты! – выкрикнул Герасим, и вслед за ним рассыпался и весь идущий по улице строй. – Вот дай такому дураку власть, истинная его сущность-то сразу и откроется!

Где-то далеко приводил в покорность местных владетельных ханов князь Цицианов. Русская Каспийская флотилия под командой генерал-майора Завалишина прошла из Астрахани на юг, вдоль западного Кавказского берега, и взяла приступом город Энзели – главный персидский порт на Каспии. Осадив Решт, десант вступил в бой с превосходящими силами неприятеля, но под их напором был вынужден обратно отступить к побережью. Войска Завалишина практически каждый день вели ожесточенные бои с противником, который постоянно получал большие подкрепления, вынужденно снимая свои силы с Кавказского направления. Тем временем невыносимая жара и большая влажность наносили русскому экспедиционному отряду гораздо больше вреда, чем сами персы. Сотни солдат умирали или выбывали из строя по болезни. Генерал-майор решил вернуться на север и взять Баку. Одиннадцать дней шла бомбардировка мощной Бакинской крепости, но слабая корабельная артиллерия флотилии не смогла причинить ей существенного вреда. Высаженный в крепостных предместьях русский десант разбил в открытом бою ханское войско и занял передовые укрепления, однако штурмовать сами стены он не мог. Припасы были на исходе, большое количество солдат отряда слегло от эпидемий на персидском берегу, и генерал Завалишин, сняв осаду, был вынужден уйти в Астрахань.

В Елисаветполе же в это время было спокойно. Стоящие в городе русские войска отдыхали, получали снаряжение и боевой припас, пополнялись людьми и конным составом, и теперь взводы, роты и эскадроны были заняты воинским учением. Впереди были новые сражения, и командиры всех рангов спешили укомплектоваться и повысить боеспособность своих подразделений.

— Драгуны! Представляю вам вашего нового взводного командира! – Капитан Огнев кивнул на стоящего рядом молодого высокого и румяного офицера. – Копорский Петр Сергеевич, господин прапорщик. Он как раз сегодня прибыл к нам сюда в Закавказье прямиком после окончания кадетского корпуса. Ну а ваш прежний командир, Павел Семенович, после недавнего геройского рейда в Карабахе представлен к следующему штабс-капитанскому чину и теперь переходит в мои заместители. Командуйте, господин прапорщик, – кивнул он новому взводному. – Ну а мы с Павлом Семеновичем дальше пойдем.

— Взвод, смирно! – молодцевато вскинув ладонь к каске, выкрикнул Копорский.

— Вольно, вольно, продолжайте заниматься с людьми! – капитан милостиво кивнул молодому офицеру и пошел вместе с Кравцовым с площади.

— Смирно стоять! – грозно выкрикнул новый взводный. – Я еще пока здесь никому не подавал команду «вольно»! Сапоги как следует не чищены, рейтузы обмяты, на коленях пузыри! – идя медленно вдоль первой шеренги, сквозь зубы цедил офицер. – Почему у тебя мундир рваный?! Ты что же это, никак чучело огородное?! – остановившись напротив Тимофея, с негодованием проговорил он. – Отвечать, когда тебя господин офицер спрашивает!