Книга За храбрость!, страница 129 – Андрей Булычев

Хлопнул пушечный выстрел, и до сидевшей в кругу артели донёсся истошный вой.

— Опять картечью бьют, – вытянув голову, проговорил озабоченно Тимофей. – Видно, рабочая команда пехотных близко к стенам подошла. Или просто пугают, показывают, что стрелять умеют. Выходит, не зря французы тут ошивались, раньше картечью не больно-то уж ханские любили палить, так, в основном только лишь одни ядра кидали.

— Научили на нашу голову басурман, – проворчал Антонов. – Знакомый из егерей сказывал, что даже в наших застрельщиков из ружей пуляют. Раньше-то такого тоже не было, только если на стены наши лезли. Значит, и ружей хороших персам сюда навезли. А может, и сами французики постреливают, кто же его знает, попробуй их там, на этих стенах, разгляди.

— Чего там, Иванович, по нам сказывали, опять фуражиров охранять или в дозор идти? – поинтересовался Балабанов. – Мы-то с Ваньками поздно из караула освободились, пришли, а вы уже в шатре дрыхнете.

— Да, на завтра с фуражирами два взвода посылают, – подтвердил Гончаров. – Наш и подпоручика Крутикова. Старшим, как обычно, штабс-капитан Кравцов будет. – Допив из кружки, он закинул крошки из ладони в рот и поднялся на ноги. – Ладно, перекусили чем Бог послал. Скоро уже побудку протрубят, пойдём, братцы, коней обихаживать, после сигнала такая сутолока в лагере начнётся, лучше уж чуть пораньше к реке за водой сбегать.

Фуражировка для войск, находившихся в отрыве от мест основного квартирования, была делом привычным и крайне необходимым. Навезти всего для массы людей и лошадей по растянутым коммуникациям было делом крайне сложным, тем более в гористой местности, а воевать на пустой желудок, делая при этом повседневную тяжёлую работу, солдат не мог. Так что уже с самого подхода к Эривани во все концы ханства устремились отряды фуражиров. Каждая их партия состояла в основном из десятка одноконных повозок, которые могли пройти по узким горным дорогам, из пары дюжин вьючных коней и двух с половиной – трёх десятков нестроевых обозных солдат. Для неприятеля такой небольшой отряд, отошедший от основных сил армии, представлял лакомую цель, поэтому для его охраны определяли воинские подразделения, в основном конные. Под Эриванью ходили в охранение казаки и драгуны.

Полуэскадрон прибыл к месту сбора отряда ещё затемно. Световой день серьёзно уменьшился, а выезжать приходилось далеко. Все дела нужно было решать только днём, потому как ночной отрыв от основных сил ничего хорошего фуражирам не сулил.

— Ну вот, мы уже все повозки давно выставили, а охранения всё нет, – пробурчал главный полковой интендант.

— Не ворчи, Ильич, у тебя вьючных вон ещё только-только сюда подводят! – крикнул Кравцов, спешиваясь. – Здрав будь!

Начальство поздоровалось. Подшучивая друг над другом, перекрикивались нижние чины.

— Здорова, отцы! – Блохин подошёл к стоявшим у повозок нестроевым.

— Во-о, Захар, гляди-ка: явился – не запылился, – острил, кивнув на Лёньку, Бабкин. – Как медалию с бантом на грудь нацепил, глаз не кажет, важничает.

— Да ты чего, Антип?! – нахмурившись, проговорил Блохин. – Сколько раз мы уже к вам заходили с Тимофеем. Вон он сам сюда, кстати, едет.

— Здравия, здравия. – Земляки обнялись и минут десять, пока шла обычная перед отправкой колонны сутолока, беседовали.