Книга Глазомер! Быстрота! Натиск!, страница 111 – Андрей Булычев

— Ага, ты бы это еще тем рассказал, чьих дружков беслы в первую кампанию вырезали, – зло проговорил звеньевой. – Вот уж волки так волки были, не приведи господь нам с ними встретиться, много они нам тогда крови стоили.

— А расскажи, дядька Игнат! – попросил молодой егерь. – Это же с них, с их шапок тогда пошло хвосты на наши каски срезать, а потом себе вешать?

— Это сейчас на каску, а вот давеча на головах картузы у нас были, – усмехнулся ветеран. – Позже, как только с похода вернемся, расскажу все, Елизар. А пока мы дальше дозорим, вон, чуешь, Мартын за все время даже и словом не обмолвился. Слушает. Это вот мы с тобой словно бы две сороки трещим. И у Протаса с Ильей тоже под их пологом тихо. Ты замок лучше на фузее тихонько проверь. Затравка не засырела ли? Не мудрено это в такую-то хлябь, – и сам же осторожно сдвинул вощеную ткань с казенной части ружья. – Да не-ет, – пробормотал он чуть слышно, – сухая, я ее прямо нюхом чую, и смазка там не сбита. Ну сейчас, сейчас, моя голуба, – и он, словно мать малое дите, заботливо укутал в отрез парусины фузею.

— Да тихо вы! – прошептал вдруг Мартын. – Слышите, впереди что-то чавкает? Али, может, мне показалось?

Егеря замерли, вслушиваясь в доносящиеся сквозь шуршание дождя звуки. С каждым ударом сердца они становились все более явственными. Вот всхрапнула лошадь, и Игнат сдернул с ударного замка перевязь.

— Турки идут, конница! Чтоб им пусто было! – зло выругался егерь. – Наших там впереди точно нет. Ну не сидится им в такую вот погоду в лагере, под шумок, видать, они к переправе подкрасться решили! Так, братцы, делаем по одному выстрелу и потом отбегаем к нашей цепи. Пологи опосля заберем. Товсь! – повысил он голос так, чтобы его услышала и соседняя пара.

Щелкнули взводимые курки.

— Огонь!

«Бам! Бам! Бам!» – глухо грохнули в ночи первые пять выстрелов.

— Бяжим! – Игнат резко выскочил из-под укрытия. Вслед за ним неслись трое егерей его звена.

Елизар, чуть замешкавшись, выполз из-под парусины на четвереньках и, оглянувшись, бросился вслед за товарищами. Прямо на него со спины накатывали огромные тени. Нога молодого солдата попала в залитую водой яму, и он, оступившись, упал прямо в лужу. В подвернутой лодыжке резануло острой болью. Сжав зубы, егерь вскочил на ноги и, прихрамывая, начал медленно отступать. Мелькнула тень, и буквально чудом волосяной аркан не захлестнул шею солдата. Сбитая каска слетела в грязь. Падая на колени, Елизар выхватил из кобуры пистоль и разрядил его в самого близкого к нему всадника.

— Onu canlı götür! Bu yeşil şeytan! Altını kim alırsa alsın! – донесся до егеря резкий выкрик на турецком.

Сразу несколько сипахов спрыгнули с коней, желая хорошо заработать.

— Давай, давай, подходи, кто тут торопится?! – прорычал русский, сыпанув весь порох из нового патрона на полку ударного замка.

«Щелк! Щелк!» – кремень курка пистоля высек искру, и вспыхнувший огонь воспламенил укороченный фитиль у гренады. – Отче наш, еже еси на небеси, да святится имя твое!..

Взрыв отбросил в сторону несколько тел.

— Игнат, позади гренада бахнула! – воскликнул Мартын, оглядываясь на звук недалекого взрыва. – Елизарки нет! Не дай Бог, с молодым чего!

— Слышу я! – откликнулся ветеран. – Не останавливаться, братцы! Быстрее! Ротные цепи уже совсем рядом! Отобьемся, вот потом и проверим, что там с молодым!