Книга Без твоей любви этот мир не для меня, страница 18 – Мара Евгеника

Нет, я, конечно, юрист по образованию. Спасибо Савке, он настоял, чтобы я получила образование. Но…

Одно дело — учиться, а другое — вникать в реальные документы, где каждая запятая может дорого стоить.

Машка остаётся с няней. И это отдельная боль.

Дома без меня начинается кавардак.

Дети не привыкли жить без мамы.

Они начинают постанывать, ныть, фыркать.

Ия звонит мне по пять раз на дню: «Мам, а где мой костюм?», «Мам, а что есть?», «Мам, Платон опять дерётся!».

Слава делает вид, что он взрослый, но я знаю: без меня он теряется.

Илья ноет по вечерам: «Ты что опять завтра уедешь на работу?» — потому что не привык к такой ситуации. А Машка...

Машка просто орёт, когда няня утром пытается её одеть и накормить.

Я, разрываясь между домом и офисом, чувствую, что скоро сойду с ума.

Мамонтов смотрит на все спокойно, убеждая меня, что надо потерпеть.

Вижу, что он тоже дергается, только делает вид, что ничего не замечает. Но…

Ему на самом деле не до этого. Он пропадает на объектах с утра до ночи.

Якобы из-за того, что Славка Карпов начал вести себя совершенно неадекватно.

— Я не знаю, что с ним случилось. Он бросает объекты, — пыхтит Савва, когда я пытаюсь до него достучаться. — Снимает специалистов, срывает сроки. Я должен разруливать.

Муж говорит, но я знаю: это не всё.

Он ещё в полиции он пропадает.

Эта история с мужиком, который упал с крыши, никак не заканчивается.

То следователь вызывает, то экспертизы, то проверки из трудовой инспекции, то ещё какие-то надзорные органы.

Савва приходит поздно, вымотанный до предела, молчаливый.

Слышу, как он по ночам ворочается, не спит.

Вижу, как сидит на кухне в темноте и смотрит в одну точку. Желваки ходят, он почти не ест, на вопросы отвечает односложно.

Пытаюсь расспросить, что и как — он только отмахивается:

— Всё нормально, разберёмся. Не дёргайся.

Но… Я же вижу, что это не нормально.

Понимаю — происходит что-то серьёзное.

И самое печальное, на каждый мой вопрос Савва замыкается, уходит в себя.

А я схожу с ума от неизвестности.

— Сав, ну скажи мне правду, — прошу в очередной раз, застав его на кухне в три часа ночи. — Что реально происходит?

— Мариш, я все говорю, как есть, — отвечает Мамонтов устало. — Карпов хочет вести свой бизнес сам. Считает, что я его подминаю. А тут ещё эта история с падением... Следствие идёт.

— И всё? — спрашиваю, надеясь хоть на какие-нибудь подробности.

— А что ещё, Мариш?

— Не знаю…

Смотрю мужу в глаза.

— Мне кажется, ты что-то не договариваешь.

— Не придумывай. Причина, Марин, на поверхности — деньги…

Савва вздыхает и отводит взгляд.

— Мы взрослые люди, ты должна это понимать.

Да… Я должна понимать. Конечно, должна. Но…

Не понимаю. Потому что сам Мамонтов не такой. Савва никогда не будет так поступать по отношению к другим людям.

В этом я уверена на тысячу процентов.

Слушая мужа и наблюдая за ним, понимаю: мне не хватает каких-то пазлов.

Ночью после секса Савка мгновенно засыпает.

Я лежу, смотрю в потолок и перебираю в голове все варианты. Карпов и Савка дружили с детства. Они вместе начинали бизнес, вместе поднимались, вместе рисковали.

И вдруг — такое? Не верю.

На следующий день я звоню Ирине, бывшей жене Карпова.

Мы встречаемся в кафе.

Ирка выглядит... хорошо. Даже отлично. Наконец-то, она пришла в себя после развода. Посвежела, похудела, глаза блестят.