Книга Без твоей любви этот мир не для меня, страница 14 – Мара Евгеника

До сих пор помню, как мы с ним сидели на соревнованиях по подлёдному лову.

Мне было лет десять, ему — пятнадцать.

Мы лежали на льду, заглядывали в лунку, ждали, когда дёрнется рыбка.

Я тогда заболела ангиной, провалялась с температурой неделю. Но…

Савка был счастлив, и я тоже, потому что с ним.

С этими мыслями спускаюсь вниз и замираю на пороге спортзала.

Савва стоит ко мне спиной. В руках — штанга, тяжёлая, судя по тому, как напряжены мышцы.

На нём только спортивные шорты, и я могу видеть всю эту красоту его тела в полном объёме.

Господи, какой же он шикарный.

Смотрю и не могу насмотреться.

Тело атлета — загляденье.

Маленькая, упругая задница, которая сводит меня с ума уже много лет.

Накачанный торс, каждая мышца в рельефе. Широкие плечи, узкие бёдра. И эта спина... На этой спине я готова ездить всю жизнь.

Савка держит штангу. Но…

По реакции его тела я вижу: он слышит меня. Мышцы на спине чуть напрягаются по-другому, голова чуть поворачивается. Он знает, что я здесь.

Подхожу и провожу пальчиками по его рельефу. Веду медленно, от загривка до копчика.

Кожа горячая, влажная, живая.

Дрожит под моими пальцами.

— Ну что, мышка, поймала тигра? — усмехается Савка, не оборачиваясь.

— Ага, поймала, — чмокаю его в плечо. — Своего любимого тигра. Осталось только за усы подёргать.

— Ой, давай не будем с утра меня дёргать, — смеётся муж. — А то ты вчера что-то надергалась уже. Ты же знаешь, сейчас дёрнешь меня — и всё, разложу тебя здесь, на мате.

Мы смеёмся. Я обнимаю его сзади, прижимаюсь щекой к мокрой спине.

— Пошли завтракать, — говорю. — Машка уже встала.

— Хорошо, сейчас в душ быстренько и поднимусь.

Оставляю его и поднимаюсь наверх.

Через некоторое время Савва присоединяется к нам.

Мы уже сидим с Манюней за столом.

Я пью кофе, дочь ковыряется в каше.

Старшие ещё спят — у них режим другой, они любят поваляться подольше.

Савва наливает себе кофе, кладет кашу, берёт яйцо. Садится напротив, целует Машку в макушку.

— Доброе утро, принцесса.

— Цом, цом, — отвечает Машка и снова с ненавистью смотрит в тарелку. — Пативная кафа.

— Противная не противная, а есть надо, — говорю спокойно.

Я не привыкла потакать детям. Их слишком много, чтобы перед каждым ходить на цыпочках.

Машка, если дать слабину, сядет на шею и ножки свесит. Я это проходила со старшими.

— Маша, ешь.

— Фу, пативная...

Савка смотрит на Машку, и я вижу этот взгляд. Он хочет дать ей какую-нибудь вкусняшку — бутер, печеньку, лишь бы дитя не плакало. Но…

Встречается со мной глазами и отступает.

В нашей семье я — злая собака, которую все побаиваются. Хотя каждый знает, что я люблю их безумно. Просто порядок должен быть.

— Марин, — Савва отпивает кофе и смотрит на меня как-то странно. — Нам надо поговорить.

— О чём? — я настораживаюсь. — Что-то случилось?

— Есть серьёзный разговор.

— Ты меня пугаешь, Сав…

Я откладываю ложку.

— Говори уже.

— Карпов решил поделить бизнес.

— В смысле?

Я даже не сразу понимаю.

— Карпов? Вы же друзья с детства! Вы вместе этот бизнес начинали!

— Ну вот… так и бывает…

Савва криво усмехается.

— Решил отпочковаться и вести своё дело самостоятельно.

— Ну, в принципе... — говорю задумчиво. — Савва, я даже не удивлена. Ты помнишь, как он со своей женой Иркой поступил, когда она его застукала с той бабой? Он же делил всё до последнего спичечного коробка. Блин, я даже жалею, что у нас Славка его крестник. Ещё и назвали в честь него...