Книга Развод. Уходи красиво, страница 104 – Галина Колоскова

Большие ладони чуть подтолкнули в спину. Ватные ноги сделали несколько шагов вперёд. Поля остановилась чуть поодаль, давая сестре сделать выбор.

— Да… — невнятный писк сорвался с губ. Пришлось прокашляться. Она протянула руки: — Давай знакомиться, сестрёнка! — последнюю фразу произнесла сквозь слёзы. Сердце, душу, всё рвало на куски.

Инга сделала шаг навстречу. Тонкие руки обвились вокруг сестры. Она заплакала, повторяя:

— Я знала, что ты меня найдёшь и спасёшь! Не думала, что затянется так надолго, но смогла дождаться.

Поля нахмурилась.

— Знала? — брови сошлись у переносицы. Почему её не искала мать? Будь сама на её месте, землю бы перевернула!

— Мама проболталась про папу и его друга из КГБ. Я выследила и пришла потребовать от полковника правду. Он усадил меня в машину. Сказал, что отвезёт к отцу. А вместо этого оказалась у него на даче. Помню, что Феофанов открыл, до того, как получила удар по голове. Испугалась, что никогда не увижу ни отца, ни сестру. Очнулась в психушке.

Инга больше не могла говорить. Худенькое тело сотрясали рыдания. Поля ревела вместе с ней. Такую правду можно пережить. Мама не предавала! Но от этого не стало легче. Разве можно компенсировать то, что близняшка пережила за долгие годы?

Несколько минут никто не решался к ним подойти. Первым заговорил Денис:

— Инга, я очень рад, что вы нашлись! Но дела не могут ждать. Мама, помни про сроки и о том, что я сказал. Документы ты знаешь где. Меня ждут в офисе. Постараюсь освободиться раньше.

Поля отстранилась. Сын прав. Пришлось включать голову. То, что сначала пропустила мимо ушей, требовало анализа.

Что рассказала мама? Почему заговорила? Что связывало её с Феофановым? Вопросов множество, но задавать их станет позже.

— Не плачь. Всё уже позади. Идём, — она потянула сестру наверх, — покажу тебе твою комнату. Прими душ, или поваляйся в джакузи. Кушать хочешь? — Поля тараторила, не останавливаясь, укутывала словами заботы грызущую душу совесть. — Я приготовила, что смогла. Приведёшь себя в порядок. Переоденешься. Сейчас подъедет мастер, сделает причёску. Сама себя не узнаешь. Завтра тебя обследуют в клинике. Потом спа-салон.

Инга кивала, согласная на что угодно, лишь бы не вернули назад и молча шла следом. Шилов не отставал. Завершал небольшую процессию Адеев.

Дмитрий за руку остановил жену, как только та сошла с последней ступеньки лестницы.

— Я останусь с ней! — требовательный взгляд сверлил лицо спасительницы.

Кивок в знак согласия. Поля боялась, что сестра передумает жить рядом.

— Оставайся. Места хватит всем. Пусть Инга придёт в себя. Не захотите под одной крышей со мной, горничные приготовят для вас гостевой домик. Дальше решим с вашим жильём. Не хочу, чтобы вы возвращались в Троицк.

Она промолчала, что единственная, для кого не станет ничего делать — Алина. Но Шилов сам пока не заикнулся о дочери. Знает, какая та тварь или договорённость? Время покажет. Исключать ничего нельзя. Не зная размера, тяжело подобрать наряд, но если взять то, что самой мало и поэтому, никогда не надевалось — будет в самый раз.

— Инга, тебе приготовить одежду или сама выберешь из того, что у меня есть?

Та сначала посмотрела на мужа, пожавшего плечами, а после приняла решение:

— Не представляю, что сейчас носят. Полностью доверяю твоему выбору.