Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 90 – Яна Ланская

всего.

Маша идёт ко мне, улыбаясь своей хитрой улыбкой, сигнализирующей о её грязных

мыслях. Видимо, приехала пораньше, чтобы побыть со мной на большой перемене. Я счастлив.

Просто, глупо, по-мальчишески счастлив.

— Привет, — говорит она, садясь на стул напротив меня. — Красивый свитер! Уже хочу

тебя увидеть завтра при параде.

— Сядь рядом. Не напротив, — капризно требую.

Она усмехается, но послушно пересаживается на стул вплотную ко мне. Её бедро касается

моего. Через свои джинсы и её чёртовы колготки-сердечки чувствую её тепло. Я наклоняюсь и

целую её. Долго. Смачно. Не обращая внимания на окружающих. Кайфую.

— Так лучше? — спрашивает она, отрываясь от меня, и её глаза блестят.

— Нет, — честно говорю я. — Лучше было бы, если бы ты сейчас села на мой член.

Маша не смущается. Наоборот, на её лице появляется знакомый демонический огонёк.

— Да? А как ты относишься к публичному сексу? — шепчет она мне на ухо так, что по спине

бегут мурашки. — Я, например, не прочь потрахаться в кабинке колеса обозрения. Так, для

протокола сообщаю.

У меня в голове взрывается атомная бомба желания.

— Займусь организацией, — хрипло обещаю я. — А сейчас открой рот.

Она послушно открывает, я зачерпываю вилкой запеканку со сгущёнкой и подношу к её губам.

Она всё понимает, покорно наклоняется, пробует запеканку и слизывает белую каплю сгущёнки с

уголка рта. Я смотрю на это и понимаю, что ещё секунда, и я её выебу прямо здесь, на столе.

— Это пиздец как меня заводит, сгущёнка тебе идёт. — признаюсь я, не в силах отвести

взгляд, и тут Маша неожиданно сникает. Буквально на глазах. Улыбка гаснет, взгляд тускнеет.

— Что?

— Ничего, — говорит она, но это не «ничего». Она опускает глаза в тарелку. — Просто…

сгущёнка. У меня неприятные ассоциации.

Понятия не имею, о чём она.

— Какие ассоциации? С чем?

— С твоей… с Ангелиной, — выдыхает она. — Я её сгущёнкой называю. Такая приторная и

сладкая.

О, блядь. Вот оно что.

— Мэри, — говорю я, стараясь звучать как можно мягче. — Я же говорил, что никаких чувств не

было. Я рад, что мы расстались. Всё к лучшему.

— Сколько вы были вместе? — спрашивает она, не поднимая глаз.

— Восемь месяцев.

— Зачем ты с ней тогда встречался, если чувств не было?

Вопрос на миллион. Да сам не знаю. И думать уже как-то об этом не хочу.

— Ну… Потому что хотел быть с самой котируемой девочкой курса. Глупо, инфантильно, да. На

безрыбье и рак рыба, понимаешь? Самоутверждался, наверное. Ну и плюс девушка. Досуг. Общая

компания. Секс, — пытаюсь приемлемо оправдаться, но выходит тупо.

Маша выглядит ещё более расстроенной. Не ожидала, что всё так цинично?

— А со мной что, иначе? Я не рак? — спрашивает она уязвлённо.

— Со мной всё иначе, — поправляю я её. — Ты ни на секунду не выходишь у меня из головы. Ни

на одну, блядь, секунду.

Она наконец поднимает на меня глаза. В них какой-то вопрос.

— То есть ко мне у тебя есть чувства?

— Раз я о тебе думаю постоянно, как считаешь? Ты завладела всеми моими мыслями и желаниями.

А ещё оказалась страшной извращенкой, что только усугубляет ситуацию, — улыбаюсь и глажу её

по лицу. Признаться тяжело, но, блин, неужели не очевидно, что меня разъебало?

Маша смеётся, и её смех согревает всё вокруг. Позволяет себя поцеловать. И я целую её,