Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 153 – Яна Ланская

— Люблю тебя! Очень-очень! — шепчу. — Встречаемся в столовой после второй?

— Нет! — он качает головой. — В гардеробной. У нас просмотр первой квартиры, поедим по

дороге.

— Квартиры?

— Да, Мэри. Не вечно же с ордой жить.

Мне, честно говоря, нравится его орда. Но я жутко счастлива. Настолько, что начинаю вести

себя абсолютно нехарактерно для себя. Прыгаю на месте, чмокаю его во все щёки, в нос, в

губы, снова в щёки и никак не могу успокоиться.

— Маша, — смеётся Петя и пытается увильнуть от меня, — всё, беги, а то опоздаешь.

В аудитории я появляюсь в абсолютно новом для меня настроении. Я счастливая, светящаяся и

донельзя довольная.

Замечаю, что одногруппники смотрят. Шепчутся. Это трудно не заметить, но я вдруг понимаю,

что сама транслирую им, как ко мне относиться. Если буду шугаться, прятаться, позволять о

себе болтать, они будут злорадствовать долго. А сейчас я транслирую уверенность, счастье и

свою влюблённость.

И они просто не знают, как на это реагировать.

Им хочется обсудить, это заметно, что что-то теперь их стопорит. Это что-то — моё

безразличие.

Я сажусь за парту, достаю планшет и улыбаюсь своим мыслям и своему открывшемуся состоянию.

Две пары пролетают как один миг. Я почти ничего не конспектирую, просто сижу и думаю о нём.

О нас. О квартире, о блоге.

На перемене ловлю несколько удивлённых и оценивающих взглядов. Но никто не подходит. Никто

не говорит гадостей. И это победа.

После второй я лечу в гардеробную. Петя уже там, опирается плечом о стену и листает

телефон.

— Погнали, — целует меня в нос. — Тут недалеко, в Раменках.

Мы идём к выходу, и я замечаю её.

Соню. Всё моё хорошее настроение сразу же летит к чертям.

Она идёт прямо на нас. Ещё не видит. И вдруг резко останавливается, впиваясь взглядом в

нас, а затем в наши переплетённые пальцы. Мою руку даже припекать начинает. Или я такая

впечатлительная просто?

Соня резко, будто её ударило током, разворачивается на сто восемьдесят градусов и уходит в

противоположную сторону. Быстро, почти бегом.

Я молчу.

Не хочу ничего обсуждать. Если Петю я простила полностью, то его псевдодрузей даже не

подумаю. Они для меня пустое место. Хотя нет. Они смердячее место.

Мы выходим на крыльцо. Петя останавливается.

— Мэри, мне надо кое-что сказать.

— Что? — настораживаюсь я.

— Мы же решили ничего не утаивать, поэтому говорю. — Петя мнётся, сомневается. — Соня ко

мне подкатывала на прошлой неделе.

Я закипаю. Внутри всё сжимается. Вот для чего эта сука ко мне подмазывалась. Она специально

мне свой пароль дала! Теперь я уверена! Вот же зараза!

— Трижды, — продолжает Петя. — В последний раз очень активно. Даже...

— А ты что? — перебиваю его я, не желая знать подробности.

— Послал её. — Он пожимает плечами. — Что же ещё?

Я молчу. Смотрю на него. В голове крутится: «А если бы? Если бы я не вернулась? Если бы не

простила?»

— А если бы я тебя не простила? — Решаю всё-таки задать вопрос.

— Простила бы.

— Но могла и не простить, — подмечаю.

— Ну… — Петя смотрит на меня пристально. Серьёзно. Взгляд тёмный, глубокий. Даже я бы

сказала, опасный. — Тогда бы я вывез тебя в лес, связал и трахал прямо на еловых иголках,

пока бы ты не стала умолять остановиться и не начала клясться, что простила меня.

Я слушаю его с открытым ртом и понимаю, что это же сцена из того самого романа, который я