Книга Мой ненавистный футболист, страница 60 – Лада Шведова

— А мне хорошо рядом с тобой.

Я скосила на него взгляд:

— Не похоже на слова самодостаточного человека.

— Лана, я уже говорил, но ты вынуждаешь повторить: хватит уже быть такой… – он рассмеялся и покачал головой. Затем поймал мой взгляд и договорил: – …такой соблазнительной.

Что сказать?

Прикольной мне нравилось быть больше.

Следующий час я усердно ныряла, стараясь не обращать внимание на Вика. Но обращала, конечно, ведь он глаз с меня не сводил. Сидел на берегу с другими футболистами, общался с ними, но смотрел только в мою сторону. И просто измучил этим. Я постоянно находилась в напряжении, словно это был не взгляд, а камень на шее, и ныряла я с ним, выплывала тоже с ним.

О том, насколько сильно на меня воздействовало происходящее, отлично говорил и визит на пляж дзюдоистов во главе с Романом. Я и глазом не моргнула, когда он мне помахал, – так, отметила сей непримечательный факт. Хотя еще недавно думала, что Роману хорошо бы настучать по блондинистой голове за визит дзюдоистов в мою комнату… Мерзко это, неприятно. Но почему-то вдруг несущественно.

На пляже происходило не только это.

Была же еще Олька с ее обидой, которая стреляла взглядом то в мою сторону, то гипнотизировала профиль Вика. Поодаль наблюдала за всеми Жанна. Наблюдательная матрешка какая-то… Одна Лерка счастливо лопала принесенную из столовой кукурузу, и ей было хорошо.

А вот мне не очень.

Как бы Олька от большого энтузиазма (а еще с легкого словца Жанны-искусительницы) не надумала мне темную устроить. Из-за парня. Оно не так страшно, Ольку я не боялась, она не считалась грубой силой, но сам факт… Из-за парней всегда случались самые жесткие и кровавые стычки, просто раньше мне в них участвовать не доводилось. Они вообще вызывали недоумение: еще я какого-то футболиста не делила с другими… но, как оказалось, можно и без желания делить огрести. Просто потому, что этот футболист смотрит, не отрываясь, на меня одну. Так, словно и не может оторваться, ведь это выше его сил.

Мне вдруг подумалось, что Вик и сам не должен радоваться происходящему.

Он казался скрытным, напряженным, сложным. А тут у него все эмоции наружу, настолько, что он даже взглядов Жанны и Ольки не замечает, или ему на них плевать. И опять я не поняла своей реакции: это мне льстит, это меня пугает? Мне нравится или нет?

Скорее нет, чем да.

Пляж должен быть местом отдыха, а не дополнительного напряжения. А я клянусь – воздух вокруг можно было ножом резать. И все усугубилось, когда я увидела, как от дзюдоистов отделилась высокая фигура Романа. И направлялся он не к черту на рога, как мне того желалось, а в мою сторону.

Я быстро отвернулась и в очередной раз прыгнула в воду, на сей раз от энтузиазма выкрутив аж два винта. Причал был не настолько высок, чтобы так четко выкрутиться, тем более с моими длинными ногами, но у меня получилось идеально настолько, что я вошла в воду практически солдатиком даже после всех винтов.

Погрузившись в озеро с головой, я подумала, что на следующих важных соревнованиях стоит поступиться принципом не приглашать на выступления знакомых и позвать всех участников этого напряженного спектакля – так я и трешку махну, а то и вовсе элемент имени себя открою. Десятерное напряженно-нервно-истерическое сальто Лебедевой.