Книга Первым делом самолёты, страница 24 – Лада Шведова

Первая партия оказалась за командой соперников, было решено сделать перерыв. Все разбрелись по квартире, кто-то вышел на площадку. Юлька помогала Томе отнести посуду на кухню и загрузить все в посудомойку, и в какой-то момент вместо Томы с грязными тарелками в руках возник Серега.

— Ты его специально привела, да? Этого мальчика, – спросил он с добродушной насмешкой, но Юля напряглась. Потому что ничего дружеского у них с Серегой не осталось, и все фантазии о том, что можно быть друзьями… короче, нельзя. Не бывает так.

— Специально? Ты о чем?

— Чтобы я приревновал.

— Да я не хочу, чтобы ты ревновал! – не выдержала она. – Потому что мы расстались! Не в шутку не на время, а всерьез и навсегда. И уже говорили об этом много раз.

— Ветерок, ну ты чего? – Серега шагнул ближе, улыбка с его лица пропала. – Мы же с тобой как Бонни и Клайд, как Сид и Нэнси – созданы друг для друга. И слишком похожи, чтобы просто так расстаться. Все хорошо было. Я не сделал ничего плохого, чтобы ты со мной вот так.

Это правда, ничего плохого он не сделал.

Но это ведь не причина быть вместе и дальше, если одному этого уже не хочется. Почему-то все вокруг считали, что расставание должно обязательно иметь глубокую причину – изменил, ударил, обокрал… Но иногда врозь просто лучше, чем вместе. Вот такая банальщина, для многих почему-то недоступная.

И все бы ничего, если бы такие разговоры не отравляли для Юли все, чем она жила раньше. Даже Тома с Эдом оказались от нее отрезаны из-за присутствия рядом Сереги, из-за этих разговоров, которые надоели еще сто лет назад! Из-за вопросов в духе «Как все исправить?» И почему-то каждый такой беззаботный вечер заканчивался одинаково – мыслью, что не стоит Юле больше приходить, чтобы не жевать одну и ту же тему раз за разом. И вся расслабленность быстро растворилась.

— Мне нравится другой, ясно? – выпалила она неожиданно даже для себя самой, хотя использовать Руслана не собиралась.

— Другой? Этот мальчик-зайчик, что ли?

— Он самый. Поэтому… просто давай не будем общаться, хорошо? Некоторое время. Мы не смогли остаться друзьями, это очевидно.

— Юльк, ты говоришь какую-то чушь. Мы прежде всего друзья.

— Я тоже так думала, но обойдемся без дружбы.

— Из-за… него?

— Из-за тебя в первую очередь. – Она обошла Серегу, стараясь его не касаться.

Руслан нашелся в гостиной, где о чем-то говорил с Мариной. Скорее всего, о марках пятновыводителей. Не думая ни о чем, Ветрова подошла, взяла его за руку и повела за собой. В прихожей они не без труда отыскали свои куртки, быстро и смазано со всеми попрощались и ушли. Руслан поглядывал на Юлю тем самым темным взглядом, от которого подгибались колени, а она всеми силами убирала с лица глупую улыбку, что норовила приклеиться к губам.

Поездка в лифте была пыткой: Руслан всю дорогу смотрел на нее так серьезно, просто прожигал взглядом. И молчал. Слишком яркий свет подчеркивал темноту его глаз, а вот волосы казались совсем светлыми и мягкими на ощупь, и Юле так хотелось запустить в них руку, потрогать. Быстро же она разогналась, ничего не скажешь… Но в какой-то момент она и правда отпустила себя. Впервые за многие месяцы позволила себе расслабиться, расправить крылья. Ненадолго.

Руслан, должно быть, почувствовал перемены, или просто был настойчив по природе своей, потому что опять шагнул к ней. Юля затаила дыхание, но… в этот момент двери лифта распахнулись. Она выпорхнула на площадку, а потом и на улицу. Руслан вышел следом, на ходу натягивая шапку.