Книга Генерал, мы в разводе!, страница 29 – Максим Добров

Ткань разошлась. Несколько секунд Глеб просто смотрел, и его реакция была откровеннее комплимента: губы разомкнулись, ладонь на талии дрогнула.

— Что? — спросила я.

— Ты изменилась.

Во мне неприятно кольнуло.

— Это должно звучать приятно?

По его бровям я поняла: о формулировке он уже пожалел.

— Стала еще красивее. И я не представлял, как сильно соскучился, пока не увидел тебя на лестнице.

— Ты смотрел так, будто собирался арестовать.

— Собирался. Потом ты открыла рот и напомнила, почему это бесполезно.

Я рассмеялась, и напряжение отпустило. Глеб притянул меня ближе, поцеловал грудь, медленно провел ладонями по спине и бокам, внимательно прислушиваясь к дыханию. Когда я тихо выругалась, он поднял глаза с выражением почти невинного интереса.

— Что-то не так?

— Еще одна такая реплика, и выставлю за дверь.

— Значит, продолжать?

— Черт возьми, да.

Мы упали на круглую кровать. Лепестки разлетелись, один прилип к плечу Глеба. Под матрасом что-то щелкнуло, и из скрытых динамиков полилась музыка.

Он посмотрел в потолок.

— Я ненавижу это место.

Лицо было настолько серьезным, что я расхохоталась. Глеб накрыл мой рот поцелуем, но тоже не удержался от смеха. Эта нелепая легкость сделала происходящее правильнее: в прежнем браке близость слишком часто заменяла разговор, теперь мы уже сказали достаточно.

Я потянулась к ящику тумбочки. Внутри лежал пакет «Для безопасной спонтанности», презервативы, смазка и карточка с советом обсудить границы.

Глеб проверил упаковку.

— Это презерватив, а не взрывное устройство.

— После сегодняшнего дня ничего не исключаю.

— Будешь составлять акт осмотра?

Его взгляд опустился ниже.

— Могу провести проверку на практике.

Шутка застряла у меня в горле.

— Проводить будешь. Но сначала сюда.

Я направила его ладонь. Глеб двигался медленно, спрашивая взглядом каждый следующий шаг, и от этой внимательности напряжение становилось почти невыносимым.

— Так?

— Выше.

Он не торопился и смотрел мне в лицо, отмечая каждую реакцию. Когда я сама потянула его ближе, в его глазах исчез последний остаток контроля.

— Вера…

Мое имя прозвучало хрипло, с таким количеством чувств, что я обняла его за шею.

— Я здесь.

Он закрыл глаза. На секунду в лице появилось облегчение человека, который боялся произнести имя и не получить ответа.

Когда Глеб вошел в меня, мы оба замерли. Ощущение оказалось знакомым и новым одновременно. Тело помнило его лучше, чем мне хотелось, но теперь между нами не было молчаливой уверенности, что близость что-то автоматически исправит. Был только этот момент и общее решение.

— Не останавливайся, — прошептала я.

Он двигался сначала медленно, позволяя привыкнуть, потом сильнее, когда я сама потянулась навстречу. Время растворилось в жаре, сбившемся дыхании и его ладони под моей спиной. Глеб не отводил взгляда, будто боялся пропустить мгновение, когда удовольствие превратится в дискомфорт.

Я кончила, вцепившись пальцами ему в плечи. Он сразу замедлился и поцеловал уголок моего рта.

— Все хорошо?

Его мышцы дрожали от усилия удержать себя.

— Если остановишься из вежливости, я тебя ударю.

На лице мелькнуло облегчение.

— Угроза принята.

После этого вежливость закончилась.

Позже мы лежали поперек кровати среди смятых лепестков. Глеб медленно проводил пальцами по моей спине и не пытался превратить прикосновение в новый разговор.