Книга Несбывшаяся любовь, страница 9 – Марина Эльденберт

— Благодарю, Роман Федорович. Зачем вы здесь?

Он вскинул густые брови.

— Как это зачем? Проведать тебя. И внука.

Я хорошо помню, как тошнота подступила к горлу. Во всем теле разлилась слабость, и это были вовсе не последствия родов. Я с самого начала решила, что этот ребенок мой и только мой. Он не имеет никакого отношения к Огнинским. И одной из причин моего решения был этот мужчина, взгляд которого сейчас пробирал до мурашек и вырезал на моем сердце жуткие уродливые шрамы.

Я знала, что один из самых влиятельных людей города может сделать так, что мой сын ни в чем не будет нуждаться. У него будет все самое лучшее: игрушки, образование, будущее. Но при этом у него не будет матери. Князь отнимет у меня Руслана, а меня уберет из его жизни. Так или иначе.

Поэтому я нацепила на себя самую идиотскую улыбку и ответила:

— Внука, Роман Федорович? Я бы только счастлива была сказать, что Руслан — сын Виктора. Жила бы как у бога за пазухой, ни в чем не нуждаясь. Но, к сожалению, это сын Артема Томарова.

Скручивающиеся в спираль внутренности не давали мне спокойно вдохнуть, но я все равно продолжила:

— Говорю это сразу, потому что вы все равно проверите. Настоите на генетической экспертизе. Поэтому я даже не пытаюсь играть с вами в эти игры.

Следующую минуту, пока Князь меня изучал, я не дышала, а от его вопроса упала бы, если бы не полусидела на кровати:

— Значит, ты не против ДНК-теста?

— Да пожалуйста, — отмахнулась я, глядя этому хищнику в глаза. — Только за ваш счет, естественно.

Я тогда блефовала так, как, наверное, никто не блефовал. Но цинизм и расчет были у отца Виктора в крови, поэтому я говорила на его языке. Говорила и мысленно молилась, чтобы он поверил в то, что мне все равно, что я — расчетливая особа, которая своего не упустит.

— Ладно, я тебе верю, Романа. Ты умная девочка, — сказал он, поднимаясь. — Есть же хитрые бабы, знаешь ли. Они ради денег на все пойдут. Жаль, конечно, что он не Виктора. Я бы взял внука на воспитание.

— Жаль, — улыбнулась я. Актерским талантом я не обладала, но буквально боролась за жизнь своего сына. — Спасибо вам за палату.

— Прощай, Романа.

Я выждала две минуты после ухода Князя и потом еще столько же сжимала подушку, пока меня колотило от страха и перенапряжения.

После я еще несколько недель от вздрагивала от каждого звонка и боялась, что Огнинский все-таки решит меня проверить и сделает генетическую экспертизу. Не сделал. И я думала, что мой секрет так и останется со мной.

Но сейчас резко пришла мысль: что, если я ошиблась? Что, если зря призналась во всем Виктору? И что самое важное: что я буду делать после того, как он найдет Руслана?

Что если Бёрн захочет забрать моего сына, как когда-то его отец?

— Твоего сына забрали люди Монаха.

Еще до того, как я это услышал, я уже это знал. Знал в точности так же, как и то, что отец оставил мне криминальное наследство, с которым предстояло разобраться. Я был его единственным сыном и, несмотря на многочисленных любовниц, таковым и остался. Видимо, в отличие от большинства современников, Князь умел пользоваться презервативами, а может быть, отлавливал девиц, желающих от него залететь, на подлете, и отправлял на аборт. Вот такой вот циничный каламбур, но сейчас мне было не до размышлений про отца и даже про его наследство.