Книга Исповедь дьявола, страница 141 – Софи Баунт

Поерзав в кресле, я разминаю кулаки и ощущаю себя до боли уставшей – словно колотила боксерскую грушу последние несколько часов. Мышцы ноют. И ладони… мои пальцы в крови. Причем явно не в моей.

Чья же тогда это кровь, черт возьми?

Собственное тело кажется грязным и внутри, и снаружи, будто мою шкуру одолжили на время, извозили в дерьме и надели на меня обратно в отвратительном состоянии.

В голове дыра. Снова. Кусок памяти вырван, и холод пробегает по всему телу, когда я осознаю, что случилось.

Вариант лишь один.

Рената…

Я испуганно ощупываю себя.

Как она выбралась? И что делала? Могла ли догнать Виктора?

Дьявол!

Захлебываться под тонной вопросов – идея не из лучших, когда Виктор, возможно, ранен – или убит! – моими руками, и я вскакиваю с кресла. Голова кружится. Я шатаюсь от бессилия, оглядываюсь. Не помню этой комнаты в резиденции. Видимо, очередное логово моей соседки, о котором я не ведаю.

Почувствовав сильную слабость, я падаю обратно в кресло и подпираю голову ладонью, смотрю на дрожащий огонек. Горячий светлый воск растекается по старым доскам.

Эта свеча означает, что Вальтер где-то рядом. Вождь «Затмения» ненавидит искусственный свет и ночами использует свечи. Все собрания организации происходят при свечах. Мы уже привыкли.

Огонек сильно вздрагивает. Моя тень колышется – и к ней вдруг присоединяется еще одна фигура, более массивная.

Вальяжно и неторопливо из темноты появляется Валентин Линдикрей, одетый в красный длинный пиджак, черную кофту с воротником и темные штаны. Руки он держит за спиной. Прямой, как стрела, и всегда с гордо вздернутым подбородком. Вряд ли найдется девушка, которая не согласилась бы со словами, что он весьма хорош. Высок. С глазами черными, как мир без солнца и звезд; мир, где правит вечное затмение; глазами неподвижными, но пламенными, – их взгляд проникает чересчур глубоко в душу собеседника.

Осознание произошедшего бьет под дых. Пазл, наконец, складывается.

— Это… ты меня отключил?

— Я тоже рад тебя видеть. – Тонкие губы мужчины растягиваются в ухмылке, от которой хочется удавиться. – Мы давно не общались.

Сжимая кулак и сдерживая позыв съездить по самодовольной физиономии Линдикрея – чтобы весь его лживый образ треснул и рассыпался, – я хмыкаю.

Последние восемь лет именно Валентин гонял в моем разуме тараканов.

Он блестящий гипнотизер и психолог, который в прошлом был мошенником, а потом влип по полной программе, нажив себе влиятельных врагов в правительстве. Он провернул какую-то аферу с банковскими счетами и вывел деньги своих жертв за рубеж. Однако сбежать он не успел. Его поймали и едва не прикончили. Вальтер же спас его. Несмотря на криминальную жизнь Линдикрея, Вальтер Метревели увидел в нем соратника, – того, кто создан для «Затмения», ведь молодой мошенник был не просто преступником, а своего рода Робин Гудом. Почти все украденные деньги юноша отдавал в благотворительные фонды. Конечно, Вальтер не допустил его гибели.

Теперь Линдикрей до безумия предан своему заступнику. Стал его правой рукой. Вальтер доверяет этому человеку быть его голосом на собраниях «Затмения». Нацепив алый костюм и кофту с высоким воротником, Линдикрей воодушевленно выходит на пьедестал и запускает пальцы в головы членов тайного общества.