Книга Землянка для адмирала, страница 94 – Лия Валери, Ксения Старк

— Но, — продолжил он, и его тон стал серьёзнее, — я решил, что это время можно провести с пользой. Как раз пока тебя никто не трогает, и ты можешь отдохнуть. Я тут кое-что улаживаю.

— Что улаживаешь? — насторожилась я.

— Всё, что касается моей новой должности на Проксиме. И наши с тобой… будущие документы. Чтобы потом не было задержек. Обещал же — наш отдых никто не испортит.

В его голосе сквозь привычную твердыню пробивалась тёплая, уверенная нота. Он всё продумывал, всё планировал. Как всегда.

Ещё через неделю он сдержал слово. За мной прислали аэромобиль и доставили в штаб-квартиру Альянса. Саргон ждал меня на посадочной площадке на крыше здания, рядом с остроконечным шаттлом, готовым к старту.

— Готова к отпуску? — ухмыльнулся он, его глаза блестели.

— Больше, чем когда-либо, адмирал, — улыбнулась я в ответ.

Проксима Центавра встретила нас именно так, как обещала реклама — изумрудными океанами, розовыми песками пляжей и тремя солнцами, купающими всё в золотом свете. Нас разместили не в стандартном отеле, а в частной вилле на утёсе, с бесконечным бассейном, сливающимся с океаном, и панорамными окнами от пола до потолка.

Неделю мы просто отдыхали. Спали, плавали, загорали, открывали бутылки с местным вином и молча смотрели на тройные закаты. Сар Хай, которую Саргон твёрдо настоял взять с собой, сначала дичилась и держалась особняком, но постепенно роскошная лень и настойчивое дружелюбие обслуживающего персонала растопили лёд вокруг её сердца. Я даже видела, как она однажды улыбнулась, наблюдая, как Саргон пытается освоить серфинг на волнах с низкой гравитацией и в итоге летит в воду под смех местных детей.

А в конце недели, под один из таких фантастических закатов, когда небо было раскрашено в багряные, персиковые и фиолетовые полосы, Саргон повёл меня на самый край утёса.

— Закрой глаза, — сказал он.

— Опять? — рассмеялась я, но послушалась.

Он взял меня за руку и повёл вперёд на несколько шагов. Под ногами хрустел идеально белый песок.

— Можно смотреть.

Я открыла глаза и ахнула. Весь пляж ниже нас был усеян тысячами светящихся голограммных квантовых орхидей, которые мерцали в такт набегающим волнам. Они образовывали гигантскую блестящую тропу, ведущую к шатру из того же мерцающего света. А в небе над нами с тихим гулом замерли три самых современных истребителя Альянса, выстроившиеся в идеально сердце.

И в центре всего этого — он.

Саргон. Мой невыносимый, дикий, прекрасный адмирал. Он стоял на одном колене, и его глаза, такие привычно твёрдые и насмешливые, сейчас смотрели на меня с такой беззащитной серьёзностью.

Он взял мою руку. Его пальцы, шершавые от бесчисленных сражений, были удивительно нежны. Он прижал мою ладонь к своей груди, и я почувствовала под ней бешеный, отчаянный стук его сердца. Оно билось так, будто хотело вырваться из груди и остаться у меня в руках.

— Лера, — начал он. — Я всю жизнь был один. Сначала — потому что меня бросили. Потом — потому что я сам себя оградил от всех. Я думал, сила — это стены, броня, умение выживать в одиночку. Я думал, что доверять — это слабость. Что чувства — это уязвимость, которую нельзя себе позволить.

Он замолчал, сжав мою руку чуть сильнее, и его взгляд стал ещё глубже, ещё пронзительнее.