Книга Великая княжна Настасья, страница 124 – Айлин Лин

Деян помог спуститься жене с коня, и вместе они поспешили к надвратной башне.

На заборолах ратники уже обстреливали степняков из арбалетов. Проёмы для стрельбы были узкими, не позволяя как следует прицелиться.

Внизу с телег аккуратно сгружали подвезённые горшки с порохом. Глянув туда, Деян с удивлением обнаружил и Милаву, она управляла небольшой повозкой, на которой что-то лежало.

Оперевшись о стену, воевода вглядывался в окружающую тьму, различая, как среди полночных теней движутся люди хана. Рядом Настасья заряжала малый порок, прилаживая на него небольшой горшок с порохом.

Печенеги, точно муравьи, всё ползли и ползли к стенам, даже дождь из стрел не заставил их повернуть назад. Вот уже полетели первые железные крюки, готовые впиться в брёвна. Идя по заборолам, Деян отдавал приказы дружине, следил, чтобы обстрел не превратился в беспорядочное метание болтов.

Воевода оглянулся, его жена что-то втолковывала гридню, с которым они наводили неподатливый порок. Прошёл ещё пару шагов, как окружающее пространство сотряс первый взрыв. Деян удивлённо обернулся, порох взорвался в воздухе, Настасья ли со сна просчиталась? Глянув за стену, понял он, чего добивалась жена. Осветить печенегов, рассмотреть, где проложены мостки, по которым крались они к стенам.

Теперь Настасья отдавала приказы гридням внизу, которые дежурили у большого порока. Те загружали в ковш камни и наводили орудие на указанные цели.

Воевода невольно, на краткий миг, залюбовался своей суженой, растрёпанная, в мужских портах, больше похожая на разбойницу с большой дороги, чем на светлую княгиню, она была достойной подругой. Не ведая страха, уверенно отдавала приказы, следила за вражескими воинами. Словно всё её детство прошло в битвах, а не в уютных стенах княжеских палат.

Ратники, продолжая отстреливаться, пытались скинуть со стены крюки, впившиеся в ещё сырое по весне дерево. За рвом начали обстрел и печенеги, стрелы пронеслись над ограждением, ища свою добычу.

Взметнулись великаньи руки больших пороков, полетели в ночную тьму камни, скоро раздались крики врагов, там, где снаряды попали в цель. Один из мостков надсадно скрипнул и, проломившись, утянул за собой идущих по нему степняков. Жадная пасть получила свою порцию добычи, первые жертвы корчились в конвульсиях, повиснув на острых кольях. Вежа не знала пощады, сминая и пережёвывая своего врага.

Падали мёртвые тела, орошая землю багряной кровью, но это не останавливало печенегов, упорно продолжали карабкаться они к стенам, под прикрытием своих лучников.

Новые крюки со свистом вспороли воздух.

— Заряжай! – послышался высокий Настин голос.

Гридни кинулись к пушкам, в темноте о точном прицеле речи не шло, но каждый выстрел картечью унесёт чью-то жизнь, и не одну.

Деян дошёл до вновь возведённой башни. Дружинники споро скармливали пушке стальное крошево, трамбуя порох, ожидая сигнала княгини.

— Давай! – разнёсся голос княгини, подхваченный зычными криками гридней.

Грохот сотряс стены, из пушек, точно из пасти Змея Горыныча, взметнулись сполохи огня, полетели осколки к испуганным печенегам.

Залп, ещё залп. Вежинцы били в гущу сгрудившихся супостатов.

Земля содрогалась от ударов, повсюду виднелись искорёженные тела врагов. Ров, ощерив свою пасть, получил новую порцию добычи: разваливались мостки, с визгом летели вниз степняки, кого-то отшвырнуло взрывами, кто-то трусливо улепётывал от страшного огня, падающего с неба, да так и не добрался до спасительной земли.