Книга Развод. Последний танец с бывшим, страница 50 – Виолетта Весна

— Люди покупают не формулировку «в программе».

— Тогда не используйте наш номер в продажах.

Родион не перебил. Лариса помолчала, затем предложила компромисс: короткий анонс после технической репетиции, до этого только имена в общем составе. При снятии номера публикация удаляется, а партнер использует материал ансамбля.

— Подходит, — сказала я.

— Родион Сергеевич?

— Решение художественного руководителя принято. Технический запас подготовим.

После звонка Майя внесла в план не только наш номер, но и порядок его отмены. У выхода, света и ведущей появлялась запасная схема. Если колено не позволит танцевать, программа продолжится без объяснения диагноза зрителям.

— Теперь это не номер, без которого рушится вечер, — сказала Майя. — Значит, можно ставить.

Майя ушла отправлять техническое изменение. Мы остались убрать разметку.

Через несколько минут она вернулась с календарем: наше решение затрагивало не только нас. Для четырех репетиций требовалось освободить зал, перенести одну индивидуальную пару и пригласить технического помощника на запись полной версии.

— Во вторник с девяти до десяти зал свободен, — сказала она. — В четверг только с половины одиннадцатого вечера. Суббота после ансамбля, если Евгения Андреевна не делает полный прогон с ними.

— Я не танцую полный прогон ансамбля, — ответила я. — Веду со стороны.

— Тогда субботу ставлю. Четвертую репетицию назначим после оценки нагрузки. Индивидуальную пару Родиона Сергеевича я сама спрошу о переносе, без обещания другого времени.

— Расходы? — спросил Родион.

— Дополнительный зал не оплачиваем, он наш. Технический помощник — три часа по ставке. Партнерская съемка входит в их договор только на площадке, репетицию снимаем сами.

— Никакой отдельной рекламы до полной версии, — сказала я.

— Уже записано. И еще: вы оба проводите номер как исполнители, но утверждает его художественный руководитель. Финальное решение о снятии остается за Евгенией Андреевной. Родион Сергеевич отвечает за техническое исполнение своей части, а не за допуск партнерши.

Формулировка звучала сухо, зато не оставляла места старой привычке. Я подписала дополнение к плану. Родион сделал то же самое.

— Теперь можете радоваться творчеству, — сказала Майя. — До девяти утра понедельника. Потом мне нужен первый звуковой файл.

Она снова ушла. Я посмотрела на расписание. Наш совместный танец уже занял четыре строки, три рабочих окна и отдельную ответственность. Он перестал быть красивой идеей раньше, чем получил первую минуту хореографии. Это было полезно.

Когда Майя вышла, до следующего занятия в зале оставалось двадцать две минуты. Мы решили уточнить начало и смену направления.

— Начинаю я, — сказала я. — Ты стоишь у правой диагонали и не сокращаешь расстояние, пока я не подам руку.

— Какой сигнал?

— Ладонь вверх на третьем счете.

— Если ты задержишься?

— Ждешь следующую восьмерку.

— Понял.

Я включила временную музыку. Она была слишком ровной и годилась только для счета. На третьем такте я подняла ладонь. Родион сделал шаг, но привычно вошел раньше, чем я закончила перенос веса. Я остановила музыку.

— Ты уже решил, куда я пойду.

— По рисунку ты идешь влево.

— Я еще не пошла.

— Если ждать движения, мы опоздаем на сильную долю.

— Тогда меняй рисунок. Не заставляй меня подтверждать твое решение телом.