Книга Развод в прямом эфире. Бывший, выключите камеры, страница 24 – Виолетта Весна

Даниил листал вопросы.

— У нас только три клиента с полным комплектом. Подождем до вторника, получим еще трех.

— Компания все равно узнает о проверке, — сказала я. — Первый запрос партнеру уже ушел.

— Но головной офис может предупредить остальных и убрать документы с сайта.

— Никита сохранил публичные страницы. Клиентские договоры у клиентов. Вопросы сформулированы без имени Евгении.

— Чем раньше они узнают, тем аккуратнее будут ответы.

— Чем позже узнают, тем легче оспорят наш срок для ответа.

Анна не решала спор вместо нас. Она указала минимальный срок, риски и предложила два варианта: отправить узкий запрос сейчас и дополнить позже либо ждать, но быть готовыми перенести эфир.

Я выбрала первый.

— Завтра отправляем вопросы о партнерской модели, комиссии и согласовании дополнительных соглашений. Конкретные случаи добавляем после согласия клиентов.

Даниил положил лист на стол.

— Тогда фиксируем, что это твое решение.

— Наше редакционное решение. Я предлагаю, Лариса утверждает, Анна проверяет формулировки. Ты можешь приложить письменное возражение.

Он посмотрел на Ларису.

— Я не возражаю против права на ответ. Я возражаю против уведомления до завершения сбора.

— Так и запишем, — сказала она. — Запрос уходит завтра. Дополнительные вопросы — не позднее двадцать четвертого.

Мы с Даниилом подписали рабочую версию рядом, каждый в своей строке: я — за вопросы ведущей и редакционную конструкцию, он — за происхождение материалов и съемочный план. Подписи не делали нас союзниками во всем. Они показывали, за какую часть отвечает каждый.

Уже после десяти мы вышли из редакции. У входа не было репортеров; история прожила неделю и перестала требовать круглосуточной осады. Даниил остановился у стойки пропусков.

— Ты правильно ответила Грачеву, — сказал он.

— Это было несложно.

— Раньше ты попыталась бы сгладить, чтобы гость не выглядел глупо.

— Раньше вопрос не касался меня.

— Касался других людей. Ты и там часто спасала эфир от конфликта.

Я могла услышать в этой фразе упрек. Вместо этого спросила:

— А ты раньше подсказал бы мне ответ в наушник?

— Да. И решил бы, что помог.

— Сегодня не стал.

— Ты не просила.

Он приложил временный пропуск к турникету и вышел. Я осталась у стойки на минуту, чтобы отправить Анне последнюю правку к запросу. Утром компания должна была получить вопросы. После этого расследование переставало быть делом закрытой комнаты.

В пятницу утром Евгения сообщила, что готова продолжить только с Даниилом и независимым юристом. Мое имя в сообщении не упоминалось. Я прочитала текст дважды, затем передала телефон Анне.

— Она имеет право выбрать состав, — сказала Анна. — Вопрос в том, готовы ли вы принять сведения через протокол.

— Если протокол будет полным.

Даниил сидел напротив меня в юридической переговорной. Его временный доступ к архиву уже оформили, но встречу с источником назначили в его студии. Независимая консультантка Евгении должна была присутствовать лично.

— Я запишу разговор на аудио с ее разрешения, — сказал он. — Передам расшифровку Анне. Ты получишь все ответы, кроме консультации с ее юристом.

— Мне нужен источник каждого утверждения. Если Евгения говорит по памяти, это должно быть отмечено. Если показывает письмо — дата, отправитель, получатель и способ получения.