Книга После развода. Бывший работает на меня, страница 38 – Виолетта Весна

— Мы уже едем обратно, — сказала она. — День открытых дверей закончился.

— Как тебе?

— Понравилось. Подам документы. Мам, я закрыла профиль. Не надо писать всем, что я ни при чем. Они и так знают.

— Редакция упомянула твою школу.

— Это пусть удаляют. Но не надо делать из меня доказательство, что вы хорошо развелись.

— Не будем.

— Папа говорит то же самое.

Я услышала шум вокзала и объявление поезда.

— Билеты обратно у вас на одно время?

— Да. Он не потерял меня в большом городе.

— Я не сомневалась.

— Сомневалась процентов на три.

— На два.

Она рассмеялась и передала телефон Михаилу.

— Мы будем в Берестове в девять сорок, — сказал он. — Довезу ее к тебе.

— Пусть останется у тебя, если устанет.

— Спросим ее в поезде.

Мы оба учились формулировать одну простую вещь: решение принадлежало не тому, кто первым предложил удобный вариант.

— Архив нашли? — спросил он.

— Это рабочий вопрос.

— Тогда не отвечай. Извини.

— Материалы ведет Оксана. Она свяжется с тобой.

— Понял.

В понедельник Михаил дал официальное объяснение. Я не присутствовала. Оксана передала мне протокол только после его подписи и закрытия проверки фактов.

Он подтвердил все: взял файл с нашего общего домашнего компьютера, удалил три слайда, изменил титульную страницу и выступил без моего разрешения. Решение принял ночью после звонка начальника смены, которому сообщили о подготовке сокращений. Он считал, что совет отклонит модель с ограничениями и уволит людей уже в следующем месяце.

В протоколе был вопрос Оксаны: «Почему после утверждения плана вы не потребовали исправить авторство?»

Ответ Михаила занимал две строки: «Боялся, что совет пересмотрит решение. Считал сохраненные рабочие места достаточным оправданием и ожидал, что Ирина примет это как общую семейную жертву».

Следующий вопрос: «Считаете ли вы это оправданием сейчас?»

«Нет».

Я закрыла файл. Одно слово не исправляло прошлое. Оно только перестало спорить с фактами.

Совет назначил рассмотрение архивных материалов на пятницу. До заседания холдинг выпустил короткий комментарий: авторство старой модели проверяется по архивным материалам, решение о текущем будущем завода основано на новом плане рабочей группы, семейные сведения дочери руководителей не относятся к деятельности предприятия.

Редакция удалила название Асиной школы и прислала запрос на интервью. Я согласилась ответить письменно на пять вопросов о заводе при условии, что личную жизнь и дочь не упоминают. На вопрос о старом плане написала: «Архив подтверждает мое авторство исходной финансовой модели и последующее удаление трех предупреждающих слайдов. Модель помогла сохранить смену на девять месяцев, но не обеспечивала долгосрочной устойчивости и требовала пересмотра. Совет рассматривает исправление протокола».

Юрист предложил убрать последнее предложение о недостатках модели.

— Зачем добровольно ослаблять позицию? — спросил он.

— Потому что моя позиция — вернуть авторство реальной работе, а не легенде о безошибочном спасении.

Комментарий вышел вечером. Он не остановил обсуждения, зато журналисты получили документы, которые можно было проверить. На заводском отчете появилась новая строка: «Контрольная группа — 12 шкафов, готовность 100 процентов, испытание начинается 15 сентября». Люди снова спорили о сроках и зарплате, а не о нашем разводе.