Книга Ненужная жена генерала. Семейный штаб закрыт, страница 20 – Виолетта Весна

— Областной центр участвует в муниципальном отборе?

— Нет. Но его функции пересекаются с заявленными вами. Нужна граница.

Лариса открыла подготовленную таблицу полномочий.

— Мы сделали предварительное разделение. Можно оставить копию?

— Регистрируйте как дополнение к заявке. Разговоры в кабинете не заменяют пакет.

В коридоре Лариса остановилась у окна.

— Ты заметила, что он ни разу не назвал нас генеральской женой с помощниками?

— Зато попросил доказать, что мы не генеральская жена с помощниками.

— И правильно сделал.

— Знаю.

— Тогда почему у тебя лицо, будто он отнял последнюю зарплату?

— Потому что раньше на подобной встрече я достала бы три письма от управления, сослалась на общие учения и выглядела убедительнее.

— Раньше ты выглядела убедительнее за счет ресурса, который теперь запрещаешь Владиславу использовать.

— Спасибо за точность.

— Для этого ты меня и держишь.

— Я тебе плачу за операционное управление.

— Уже прогресс. Месяц назад ты говорила, что я помогаю координировать.

В машине я составила официальное письмо Владиславу. Не просила поддержки. Сообщила требование комиссии и попросила подтвердить отвод до двенадцатого марта. Приложила перечень ограничений.

Ответ пришел через час с регистрационным номером управления. Владислав уведомлял областную администрацию и городской департамент, что не участвует в подготовке, оценке и обсуждении заявки АНО «Рядом», не дает подчиненным рекомендаций по результату и просит назначить в экспертную группу представителя, который не работал над ведомственным центром.

Отдельной строкой он указал, что брак со мной находится в процессе расторжения.

Личного сообщения не было.

— Быстро, — сказала Лариса, прочитав копию.

— Он умеет быстро оформлять то, что считает необходимым.

— А ты ожидала спора?

— Ожидала вопроса, почему комиссия ему не доверяет.

— Может, понял с первого раза.

— Может.

Я внесла письмо в конкурсную папку и вернулась к волонтерам.

Ирина Васильевна потребовала подтвердить не общее число людей в базе, а доступность по сменам, обучение и транспорт. В нашей презентации стояло: сто восемнадцать активных волонтеров. После первого обзвона оказалось, что двадцать один не участвовал больше полугода, девять готовы только к разовым дневным задачам, у семерых закончились документы на автомобиль.

— Значит, активных восемьдесят один, — сказал Тимофей.

— Не торопись, — возразила я. — У нас есть люди без машины, которые работают на горячей линии и в пунктах размещения.

— Тогда надо разделить по функциям.

Он открыл новую форму: связь, доставка, сопровождение в безопасной зоне, склад, питание. Рядом добавил дни недели и максимальную продолжительность смены.

— Не спрашивай «доступен всегда», — сказала Лариса. — Так отвечают те, кто потом берет трубку через три часа.

— Я не спрашиваю. Ставлю конкретные интервалы.

— И согласие на сообщение в нерабочее время, — напомнила Вика.

Я наблюдала, как они обсуждают форму, и дважды хотела вмешаться. В первом случае Тимофей сам заметил, что не учел время дороги. Во втором Лариса предложила ограничение лучше моего.

— Ольга Борисовна, вы молчите, — сказал Тимофей. — Это тревожит.

— Проверяю, можете ли вы договориться без моего окончательного слова.

— И как?

— Пока можете.

— У нас теперь будет оценка после каждого разговора?