Книга Не бывшая. Живая, страница 15 – Виолетта Весна

— Ань, — позвала Марина.

— Что?

— Скажи честно. Когда ты в последний раз делала что-то просто потому, что хотела сама?

Анна растерянно усмехнулась.

— Это что, тест?

— Нет. Это вопрос.

Она попробовала вспомнить. Не приготовить ужин, потому что пора. Не выбрать Лизе куртку. Не записать мать к кардиологу. Не ответить клиентке ночью, потому что неловко заставлять ждать. Не купить Игорю рубашку, потому что у него встреча. А что-то своё. Только своё.

В памяти образовалась пустота.

— Не помню, — сказала она наконец.

Марина кивнула так, словно именно это и ожидала услышать.

— Вот. И не потому, что ты святая. А потому, что тебя приучили: хорошая женщина всё время занята чужими потребностями. И ты так с этим срослась, что теперь не понимаешь, где ты сама.

Анна почувствовала внезапную, острую злость.

— Ты говоришь так, будто я во всём виновата.

— Нет, — спокойно ответила Марина. — Я говорю, что если всю жизнь стоять в полусогнутом состоянии, однажды очень трудно распрямиться. Но это не значит, что тот, кто привык на тебя давить, не виноват.

На кухне повисла тишина. Лиза больше не ходила по комнате. Видимо, легла или просто сидела, уткнувшись в телефон, как будто через экран можно было дышать легче.

Анна встала и подошла к раковине. Открыла воду, тут же закрыла. Посмотрела на своё отражение в тёмном стекле.

— Знаешь, что самое унизительное? — спросила она. — Даже не другая женщина. Не пустой шкаф. А то, что я всё это время стараюсь выглядеть достойно. Как будто нельзя просто сказать: мне больно, мне страшно, я хочу что-нибудь разбить.

— Так скажи, — ответила Марина. — Мне больно, мне страшно, я хочу что-нибудь разбить.

Анна обернулась. На секунду ей действительно захотелось схватить первую попавшуюся тарелку и швырнуть в стену, чтобы наконец услышать звук, похожий на то, что происходило у неё внутри. Но вместо этого она только крепче сжала пальцами край столешницы.

— Я так не умею.

— Конечно, не умеешь. Ты всю жизнь тренировалась в обратном.

И вдруг из комнаты Лизы донеслась короткая, резкая музыка — звонок телефона, который тут же оборвался. Потом послышалось что-то похожее на приглушённый всхлип. Анна мгновенно направилась к двери, но Марина мягко удержала её за локоть.

— Подожди.

— Что?

— Не врывайся сразу. Она тоже злится. И ей тоже надо как-то прожить это без твоего правильного лица.

Анна замерла. Марина была права, и именно от этого хотелось спорить. Все вокруг внезапно стали правы на её счёт.

Через минуту дверь комнаты Лизы открылась сама. Дочь вышла в коридор с покрасневшими глазами и, увидев Марину, смутилась.

— Ой. Здрасте.

— Привет, — спокойно сказала Марина. — Я ненадолго. Пришла проверить, не сбежали ли вы обе в монастырь.

Лиза невольно усмехнулась, но тут же снова стала серьёзной.

— Мам, он мне пишет.

Анна почувствовала, как сжалось сердце.

— Что пишет?

— «Я люблю тебя. Давай увидимся без лишних нервов». И ещё: «Не злись на маму». — Лиза протянула телефон. — Зачем он это написал?

Анна взяла телефон и посмотрела на экран. Сообщение было коротким, аккуратным, разумным. Настолько разумным, что от него веяло той же холодной правильностью, что и от вчерашнего разговора на кухне.

— Он хочет, чтобы тебе было легче, — сказала она и сама услышала, как неубедительно это прозвучало.