Книга Мультивселенная под снос, страница 54 – Леон Монтан

"Я?!" — воскликнул он, его голос звенел от возмущения. — Я — главный аудитор асимметрии, личный представитель самого… самого меня в этой команде! Я руковожу тысячами аналитических дронов, я расшифровываю коды межгалактических налоговых систем, я свожу дебет с кредитом на уровне мультивселенской экономики! Я не банный лист для кота! Я отказываюсь! Это унизительно для моего статуса!

Шрёдингер, который в этот момент уже развалился на одной из подушек, с комфортом вытянув лапы, лишь приоткрыл один глаз и посмотрел на Мальфаса. Его взгляд был долгим, пронзительным и, кажется, содержал в себе угрозу превратить все цифры в его аналитических отчетах в бесконечные ряды пушистых ноликов. Мальфас, несмотря на всю свою гордость, почувствовал легкий холодок. Он знал, что Шрёдингер не шутит, когда дело касается его комфорта.

— Судьба, Мальфас, — промурлыкал Шрёдингер. — Прими ее. Иначе твои отчеты будут сданы с просрочкой. И да, начинай с левого уха. У меня там небольшая квантовая флуктуация, требующая стабилизации.

Мальфас обреченно вздохнул. Его судьба в этой миссии принимала все более абсурдные обороты. Он, повелитель чисел, должен был чесать кота. Весь его многовековой опыт демона-бюрократа был бесполезен перед кошачьим авторитетом.

Марго и остальная команда — Асмодей, Лилит и Баба Нина с ее неизменным чайником, в котором теперь был "Настой для успокоения межвидовых страстей" — отправились с ними в Женеву в качестве "консультантов по асимметричным решениям".

Поездка была не менее эпичной, чем само приглашение. Их личный самолет, модифицированный Марго, чтобы выдерживать межпространственные переходы (и выглядящий как летающая хрущевка), еле справлялся с багажом Шрёдингера, который включал не только подушки, но и мини-садик из разумной мяты и портативный аквариум с поющими рыбками, которых он любил слушать перед сном.

Женева. Город, веками служивший прибежищем для дипломатии и миротворчества, теперь превратился в невероятный цирк. Конгресс-центр, обычно строгий и респектабельный, гудел от какофонии межвидовых голосов и совершенно умопомрачительных требований.

Зал заседаний был переполнен. Делегаты-бобры, в идеально пошитых смокингах (с множеством карманов для инструментов), сидели за столами, деловито стуча по ним своими хвостами. Они требовали права на изменение русла всех рек на планете для создания "оптимальных гидроэнергетических сетей".

— Ваши человеческие ГЭС устарели! — стучал по трибуне бобр по имени Дам-Бобер-Нано, его голос был глубоким, как течение горной реки. — Это прошлый век! Мы можем производить энергию в сто раз эффективнее, если перестроим всю планетарную гидрологию! Мы предлагаем комплексный проект "Мультивидовой акватической автострады" с интегрированными био-реакторами и системой рекуперации энергии! Для этого нам потребуется всего лишь… перенаправить Амазонку через Сибирь, а Нил – в Арктику! Это чисто математически оптимально!

Он показал голографические модели, на которых реки извивались, как змеи, через континенты, создавая лабиринты каналов и плотин, а на фоне крутились графики "пиковой производительности киловатт-часов в бобровых единицах".

Делегаты-дельфины, плавающие в огромных кристаллических аквариумах, телепатически подключенных к коллективному каналу, синхронно предлагали перенести столицу мира под воду.