Книга Мультивселенная под снос, страница 31 – Леон Монтан

— Топливо создает нагар… — упрямо буркнул Тео, но тут матрица решила, что пора заканчивать этот балаган.

Гармоничный гул сфер внезапно превратился в вкрадчивый, медовый шепот прямо в мозгах: —Спи-и-и… Зачем тебе эти сложности? Стань ровной линией… Отпусти свои амбиции… В «Ноле» нет налогов, нет измен, нет дырявых носков… Просто растворись в совершенстве…

Марго почувствовала, как её веки тяжелеют. Зачем спасать мир, когда можно просто стать очень красивым и очень неподвижным куском пространства? Асмодей замер, его рука, тянувшаяся к мечу, безвольно опустилась. Мальфас начал засыпать, бормоча что-то про «нулевую ставку… навечно…».

Но тут баба Нина выдала такой «системный сбой», к которому матрица не была готова.

— А НУ, ШАЛЫГАНЫ! — заорала она, хлопая в ладоши. — Ишь, запели, соловьи разбойники! А ну, брысь из головы, не мешайте бабке мир спасать!

Она выхватила мешочек с какой-то ядреной смесью, судя по запаху — сушеная полынь, чеснок и носки деда Пахома и начала размахивать им как кадилом.

— Тьфу на тебя, железка окаянная! Чур меня, чур! От сглазу, от порчи, от депрессии и от кредита под проценты! Тьфу! Тьфу!

Она начала орать частушки, в которых рифмы были настолько вольными, что у матрицы зациклило блок обработки лингвистики.

Ментальная атака рассыпалась. Шепот превратился в обиженное шипение старого чайника. Марго встряхнула головой, приходя в себя.

— Баба Нина… ты только что победила космический сверхразум с помощью частушек про деда и козу?

— А то! — Баба Нина гордо поправила платок. — Против всякой зауми есть одно средство: плюнуть, растереть и обматерить. У них там всё «по закону», а у нас — «по совести». Совесть — она в формулы не лезет, она их ломает!

Тео смотрел на бабу Нину с ужасом и восторгом одновременно.

— Это… абсолютно иррационально. Это… «мусор на входе — магия на выходе». Мои алгоритмы только что покончили с собой от зависти.

— Ладно, философ, шевели поршнями! — Асмодей подтолкнул Тео. — Веди нас к своей «Точке Нуль», пока Матрица не придумала, как забанить бабу Нину за нарушение авторских прав на реальность!

Они двинулись дальше. Впереди пульсировало ядро — огромный, светящийся шар, в котором варилась судьба всего сущего.

«Бомба Асимметрии» Шрёдингера пылала на его спине, ее хаотичное пламя было единственным маяком в этом мире абсолютного порядка. Тео, с трудом поддерживая свою раздробленную форму, указывал на едва заметные, слабые точки в архитектуре матрицы, которые его собственные сломанные алгоритмы все еще могли распознать.

— Ядро... там... — прохрипел Тео, его рука дрожала, указывая на гигантскую центральную сферу, которая светилась не просто ярко, а с ослепляющей, болезненной интенсивностью. — Оно... оно ожидает решения. Окончательного расчёта.

В этот момент, когда они находились всего в нескольких десятках метров от ядра, Лилит, идущая впереди, вдруг резко остановилась. Ее обсидиановый амулет вспыхнул темно-красным светом, и ее глаза, обычно полные ехидства, теперь были широко распахнуты от изумления и сосредоточенности.

Она протянула руку, и от ее пальцев к ближайшим сияющим нитям матрицы потянулись тонкие, едва заметные волны энергии. Эти волны не растворились, как обычная магия. Вместо этого они вызвали мгновенную, болезненную реакцию. Нити дернулись, и на мгновение гармоничный гул ядра нарушился, сменившись коротким, резким скрежетом.