Книга Золотая невеста, страница 110 – Евгения Александрова, Анна Боронина

К тому же чисто по-женски ей были приятны слова Орхана. И пусть он хвалил лишь её внешность и воспринимал примерно так же, как любую красивую вещицу в своем доме, даже такое отношение гарантировало ей некоторую безопасность. По крайней мере до тех пор, пока она изображает покорность и не вскроется правда о неработающем артефакте.

— Попробуй это, моя дорогая, – Орхан протягивал ей кусочек мяса – душистого и вкусно пахнущего, удерживая его двумя пальцами: ели в Ануаре руками, и Агата моргнула, не сразу сообразив, что именно он хочет. – Попробуй же.

То, что происходило, казалось ужасно интимным и неправильным, но что она могла сделать, если уже сама села рядом и всячески привлекала его внимание?

— Вы не видели, как она танцевала с этим сбежавшим капитаном ди Арсом, господин, – елейно протянул Хайрат, и Агата, заметив, что Орхан нахмурился, сочла за благо открыть рот и осторожно откусить кусочек мяса, хотя видят боги, хотелось откусить Орхану палец, даже несмотря на риск подавиться многочисленными перстнями.

— Я же уже приказал отрубить ему голову, – Орхан мимолётно дотронулся пальцем до её губ, вызывая прерывистый вздох, и улыбнулся, снова омывая руки от жира.

— Думаете, по мёртвому она будет вздыхать меньше? – кажется, Хайрат позволил себе небывалую дерзость, потому что Орхан прямо-таки прорычал в ответ:

— Она будет любить только меня! Помни своё место, Хайрат, или я сам тебе о нём напомню! – и добавил уже спокойнее, обтерев руки и кривовато улыбнувшись, замечая, что Агата смотрит на него тревожно: – Чтобы сегодня же его поймали и обезглавили! И не дай Луна, эта девочка об этом узнает. Пусти слух, что я щедро наградил его и отпустил домой. После первой же ночи, когда артефакт будет активирован, она уже никуда от меня не денется.

И он нежно погладил её по спине, спустившись ниже талии, отчего обратившаяся в слух Агата вздрогнула.

— Не бойся, услада моих очей, – Орхан заговорил с приятным акцентом на энарийском и улыбнулся, и его суровое лицо преобразилось: он вновь выглядел радушным и довольным жизнью, – мой гнев направлен не на тебя.

— К сожалению, я совершенно не знаю ануарский, мой господин, – изображая искреннее расстройство, проговорила Агата извиняющимся тоном, послав отцу, который мог легко разрушить её легенду, предупреждающий взгляд. – Поэтому чувствую себя такой потерянной, когда не понимаю, о чём вы говорите.

Если бы отец понял, о чём они только что говорили, то не сидел бы такой самоуверенный! Впрочем, ему явно плевать на судьбу Джонотана!

— Не переживай, моя трепетная роза, – Орхан нежно коснулся её щеки. – Уверен, нам с тобой будет не до разговоров.

Агата чуть не взвыла от бессилия, посмотрев на отца самым тяжёлым взглядом и подумав, что даже Вильхельм слушал и придавал значение её словам.

— Не хочу омрачать обед и женский слух деловыми разговорами, – произнёс между тем отец, – но повод более чем радостный, и я хотел сказать, что все бумаги с нашей стороны готовы. Я вижу, что оставляю дочь в надёжных руках, и готов буду отправиться сразу, как мы покончим с формальностями.

Агата едва не закатила глаза и принялась незаметно накручивать на палец кисточку подушки, на которой сидела, – всё что угодно, только бы отвлечься и не дать почувствовать проклятому магу её эмоции: больно подозрительно Хайрат на неё косился во всё время разговора. На миг даже показалось, что не только Хайрат смотрит так въедливо: по спине пробежали мурашки, будто за ней – именно за ней – следит кто-то ещё, и следит недобро.