Книга "Секир Башка". Или телохранитель для императора, страница 39 – Дина Хоуп

Незнакомец невольно улыбнулся, но тут же посерьёзнел.

— Слушай, — сказала она, убирая улыбку. — Документы у меня. Ты должен исчезнуть на несколько дней. Не появляйся при дворе, пока я не скажу. Если канцлер узнает, что ты жив, он тебя убьёт.

— А как я узнаю, что всё чисто?

— Встретимся в городе, в ресторане «Ласточкино гнездо», через три дня, на закате. Это заведение герцогини Каспиевой — там безопасно. Если я не приду — уходи и не оглядывайся.

Он кивнул, пожал ей руку и исчез в тени монастырских стен.

Яр постояла ещё минуту, прислушиваясь. Потом развернулась и направилась обратно, в обход парка — через город, чтобы не столкнуться с теми, кто мог её искать. Она выбралась на главную улицу, смешалась с прохожими, свернула в переулок, где проверила, не гонится ли кто за ней. Всё было чисто.

Она вошла во дворец через служебный вход. В коридоре её ждал Тимофей.

— Два часа, — сказал он тихо. — Я уже хотел бежать к герцогу.

— Всё хорошо, — ответила она, пряча улыбку. — Но мне нужно увидеть Эрмана. Срочно. И передай ему, чтобы он был в своём кабинете через десять минут.

Тимофей не задавал лишних вопросов, только кивнул и исчез в коридоре.

Яр направилась к кабинету Эрмана, чувствуя, как сердце всё ещё колотится. Но внутри было спокойно. Она сделала то, что должна была. И теперь у неё были улики.

Она постучала в дверь и услышала голос герцога:

— Войдите.

Она шагнула в кабинет и достала из-за жилетки кожаную папку.

— Кажется, я нашла то, что мы искали, — сказала она.

Кабинет Эрмана был залит мягким светом настольной лампы. Герцог сидел за столом, разложив перед собой бумаги, которые Яр принесла из парка. Он изучал их уже около часа, время от времени хмурясь и делая пометки на полях. Яр стояла у окна, сложив руки на груди, и ждала вердикта.

— Ну что? — спросила она наконец, теряя терпение.

Эрман поднял голову, потёр переносицу и откинулся на спинку кресла.

— Это… серьезно, — сказал он медленно. — Списки агентов, имена, даты, суммы, переданные неизвестным лицам. Если это не подделка, то у нас есть почти полная картина заговора.

— Почти? — переспросила Яр, подходя ближе.

— Здесь не хватает одного — прямого указания на то, что канцлер лично отдавал приказы. Все документы составлены так, чтобы его имя фигурировало только в переписке с третьими лицами. Формально он может отрицать всё. Скажет, что бумаги сфальсифицированы, что его оклеветали.

— И как нам это доказать?

Эрман встал, прошёлся по кабинету, заложив руки за спину.

— Нужен свидетель. Кто-то, кто видел или слышал, как канцлер отдаёт распоряжения. Или кто-то, кто участвовал в заговоре и готов дать показания.

— Но слуга сказал, что он только вынес документы. Он не был внутри заговора, он просто копировал бумаги.

— Тогда нам нужен кто-то другой, — сказал Эрман, останавливаясь у окна. — Кто-то из ближнего круга канцлера. Или… — он повернулся к Яр, — твои родители.

Яр нахмурилась.

— Ты хочешь, чтобы я пошла к графу и графине и попросила их свидетельствовать против канцлера?

— Я хочу, чтобы ты подумала о том, как они могут быть полезны, — спокойно ответил Эрман. — Они явно знают больше, чем говорят. И они связаны с канцлером, даже если не участвуют в его планах напрямую. Если ты сможешь выведать у них что-то важное — это может стать ключом.