Книга Отбор невест, или Три орешка для темного, страница 28 – Наталья Самсонова

— То? — Эрмина смотрела на меня во все глаза.

— То противоядие становится ядом. Лахримейновые гадюки сейчас спят, чтобы помочь девице нужно найти тварюшку и разбудить,— тут я поежилась, представив, как это «прекрасно» искать змеиное гнездо в заснеженном лесу.

— А, яд гадюки станет противоядием от противоядия,— покивала Эрмина.

Все было не настолько просто, но читать лекцию мне совершенно не хотелось. А вот мороженое с голубикой — хотелось.

— Куда-куда, не уносите,— я перехватила девушку с подносом. — А. Ого. Драэ Мирсонай, тут остатки яда! Кто-то бессердечный испортил голубику.

Десерт вылетел у меня из рук — это драэ Мирсонай усомнилась в моих умственных способностях. А зря. Парочку отравленных ягод я сунула в подпространство еще до того, как озвучила свою находку. И нет, я не собираюсь никого травить. Не то чтобы мне претит сама мысль, просто не люблю повторять за кем-либо.

— Виновный будет найден,— прошипела драконица,— и он пожалеет о том, что сделал.

Да-да, это говорили еще тридцать лет назад. Закончится все как всегда — наказание невиновных и награждение непричастных.

— Спорим, что пострадает служанка, которая принесла десерт,— шепнула Эрмина.

— Не,— я покачала головой,— противоядие очень дорогое. Пострадает кто-то из младших придворных магов или и вовсе кого-то из студентов-практикантов в злодеи назначат. Вот увидишь, через пару дней станет известно, что некое влиятельное лицо было укушено лахримейновой гадюкой, а глупый и бесполезный практикант противоядие на кухню отнес. Или что-то в этом духе.

— Тц-тц-тц,— поцокал кто-то у меня за спиной,— неразумно так громко обсуждать происходящее.

Обернувшись, мы увидели одну из Избранниц. На ее ожерелье красовалась двойка, а это значило, что я подвинула ее с пьедестала.

Признаться, девица была дивно хороша. Точно по канону — дивные голубые глаза, нежнейшая фарфоровая кожа и чуть кудрявые белокурые волосы. Насколько я помню, последние сто или даже двести лет именно такого типажа девушки входят в королевскую семью.

— Шепот привлекает куда больше внимания,— равнодушно бросила Эрмина.

— В точку,— согласилась я. — Драэ Магре Ильгертон порой дает дельные советы.

Моя не-родственница порозовела так, будто я ее похвалила. Наверное, она никогда не избавится от желания угодить склочной старухе.

— Дракон, корней не чтящий, есть лишь бесполезная ящерица, суетливо мечущаяся меж чужих домов,— глубокомысленно изрекла Избранница.

Смешок я удержать не смогла:

— Неприлично цитировать драэ Эстер Лис и быть при этом младше двух сотен лет! Ибо, как писала она в своей последней книге, «Лишь тот учить других достоин, кто смог своих потомков ко звездам приподнять».

— Иными словами — повзрослей,— весомо добавила Эрмина.

Избранница растерялась, но лишь на мгновение. Изумленное выражение лица сменила маска благопристойного равнодушия:

— Боюсь, что я невольно ввела вас в заблуждение своими речами, драэ-ри Избранницы. Вам невместно обращаться ко мне столь просто. Я Таэлинис Лоэри Синкраль, дочь герцога Синкраль.

— Синкраля,— поправила ее я. — Мужские фамилии склоняются, в отличие от женских.

Эрмина же потупилась и даже отступила на шаг назад. В чем-то я ее понимала, восточные змеи долго помнили обиды и мстили весьма затейливо. И, кстати, лахримейновые гадюки водились именно в их владениях.