Книга Академия ядов, страница 43 – Елена Станиславская

Кончено. Хотя бы это – кончено. Вместе с сумкой за борт будто улетела усталость. Распрямились плечи, шире распахнулись глаза, и Тьяна снова ощутила себя живой. Пусть отравленной, но живой.

В чистом небе мелькали чайки. Палуба приподнималась и опускалась, словно сорочка на груди океана. Ровно и тихо ревел двигатель. Вода, разрезаемая паромом, билась о борта и шипела.

Впереди блестящим монолитом из камня и металла восставал Вельград. Силуэты небоскребов, казалось, складывались в какую-то мелодию – наверное, модный жас. Тьяна подумала: «Даже тут не обошлось без ядовитого, пусть и частично, растения», и губ коснулась улыбка.

Название нового жанра было сокращением от слова «жасмин». Лет пять назад, когда жас только заявлял о себе, масло жасмина пользовалось большой популярностью – считалось, оно придает бодрость и вдохновение, граничащее с дерзновенностью. Выражение «давайте добавим капельку жасмина» сначала обрело переносное значение, затем превратилось в «кап жас», а после подарило название музыкальному направлению. Оно славилось тем же, чем и жасминовое масло. Заряженные энергией жаса, шлепки танцевали под него в вельградских клубах ночи напролет.

Задумавшись о токсине в корне жасмина^[7], Тьяна не заметила, как приблизился город. Береговая линия, засаженная портовыми кранами, грузовыми судами и пароходами, казалась затуманенной из-за дыма и влажного морского воздуха. На причалах бурлила жизнь: матросы, торговцы, грузчики и пассажиры текли двумя пестрыми потоками – к заливу и от него. Гудки кораблей, шум портового люда и крики чаек сливались с далеким, но настойчивым гулом города. Вельград звал.

Тьяна испытала странное чувство: словно одна реальность сменилась другой. Остров с академией остался позади, сумочка с уликами утонула, и Вельград вдруг показался иным, чем раньше, не таким отталкивающим. Сердце наполнилось предвкушением чего-то нового. Тьяна вскинула голову, ловя взгляд Мару.

Он сказал:

— А теперь обсудим условия нашей сделки, Островски.

Это должно было случиться. Тьяна внутренне подобралась и исподлобья взглянула на Мару. Она знала, что сделки не избежать, и оставалось лишь надеяться, что плата за его молчание и помощь с уликами не окажется слишком велика. Колючие мурашки пронеслись по спине, будто кто-то провел по ней букетом осыпавшихся роз. Мысли заметались, пытаясь предугадать, какую цену потребует неожиданный союзник. Поняв, что не может скрыть волнение, Тьяна поспешила перейти к делу.

— Чего ты хочешь? – Голос звучал неважно.

— Для начала совсем немного. – Мару подал ей руку и помог сойти на берег. – Буквально пустяк.

— Для начала? – переспросила Тьяна, встраиваясь в толпу вслед за Медовичем.

Проигнорировав вопрос, он сказал:

— Тебе придется стать моей девушкой. Не волнуйся, это всего на одну ночь.

Тьяна замерла, ошеломленная словами Мару. Мурашки, устав кусать кожу, перекинулись на внутренности. Сузив глаза, она вгляделась в лицо Медовича, но не прочла в нем ответа. Что это значит – «стать девушкой»? И как понимать «на одну ночь»? Мозг зацепился за последнее слово, а затем накатила удушливая волна, и голос Вэла вдруг прозвучал в голове: «Не притворяйся наивной овечкой, Тьяна».

— Что ты имеешь в виду? – Щеки запекло от стыда и гнева. – Если решил, что можешь воспользоваться мной… – Она сжала кулаки.