Книга После развода. Одна в ином мире, страница 92 – Мартиша Риш

Чудище двинулось внутрь комнаты, почти оттеснило плечом эльтем, сдвинуло со своего пути. Я уже различаю, как скрежещут когтистые лапы по полу. И в душе разгорается странное чувство, я вдруг сознаю, что смерть от удара виверны почётна. Это куда лучше, чем сдохнуть от ласки эльтем. Гоблин предупреждал меня, что гаремники далеко не всегда могут вынести особую магию дроу, ее близость. Гибнут прямо на ложе. Нет уж, пускай меня лучше укусит виверна. Мы схватимся в рукопашную и пусть последним, что я увижу, станет глотка чудовища. Жаль, только об этом никто не узнает. Достойная, но бесславная смерть меня не прельщает.

Я хлопнул глазами, перевел свой взгляд на хозяйку. Темноликая, стройная, ушки свернуты особым образом, губы чуть приоткрыты. Красотка! Так может, лучше бы мне испытать на себе ее страсть? Пускай это будет постыдно — погибнуть так, но об этом все одно никто не узнает. Да и шанс выжить у меня всё-таки будет. Выжить и остаться навечно рабом...

Я сижу, перевожу взгляд с одной на другую. Что лучше? Погибнуть так или эдак? Все одно, мне своей судьбы не выбрать, ее решат за меня. Эта мысль ранит, пугает, вызывает волну неутолимой ярости внутри. Рождённый править, воевать, биться за свою и чужие жизни, теперь я — игрушка? Бесправная и пустая! Зверь рычит, ярится, готовится нападать. перебирает когтями.

— Скажи, она милая?

Госпожа тронула раздвоенный нос зверя. В глазах виверны сразу же зажглось алое пламя, его блики разлились по радужке, сделав ее почти цветной. Лгать дроу не имеет никакого смысла, ведь как только она почует ложь, так я сразу же закончусь, как уже закончились слуги особняка. Впрочем, их могла загрызть и виверна. Но как эльтем отнесется к тому, что ее виверна мне не понравилась?

— Я бы так не сказал, — хозяйка будто бы и не слышит моего ответа.

— Бросили тебя, да?

Госпожа моя бесстрашно теребит спину зверя, скребет ногтями основание великих кожистых крыльев. Виверна делает шаг, всего один шаг внутрь комнаты, тянет раздвоенным носом воздух, выпускает из пасти крошечный язычок, один в один как кошачий, он покрыт чешуйками. Мне действительно жутко и воздух сжался в груди. Шаг, еще шаг жуткого зверя. Виверна почти вплотную подошла к моему жалкому ложу, сильней потянула носом и резко обрушилась на пол. Я вижу ее пузо, расчерченное на полосы кожистой чешуи. Оно напоминает скорей игральную доску, чем чей-то живот. Ужас хватает за горло, я кашляю — еще секунда, и зверь нападёт, коснется зубами моей ноги, откусит кусок.

— Эй, не будь таким жестоким.

— Что?! Госпожа, это вы говорите мне? — я моргнул.

— Почеши пузико, сможешь дотянуться? Ты понравился зверушке. Ты же тоже хочешь ее почесать. Ну, я же видела, как ты перебирал пальцами.

Эльтем беззаботно улыбается. Зверь на полу извернулся, и мне в ладонь внезапно уперлась абсолютно лысая пятка, обрамленная клоками рыжего меха. Как так- то? Сама зверюга черная и клокастая, а пятка черная и не пушистая?

Я смог пересилить себя, прикоснулся к лапище пальцем, не ожидая ничего хорошего от судьбы. И не зря! Когти лапы сомкнулись мгновенно, сжали мою руку опасным браслетом.

— Ей щекотно. Почеши лучше живот, если достанешь. Ну, хоть немного. Она умная, не станет обижать полезных людей.

— Да, конечно.