Книга Записки многодетной мамы, страница 28 – Юлия Ляпина

Переезд, как любая встряска вскрыл огромное количество проблем. Старшая начала заикаться, появился нервный тик и косоглазие. У младшей обнаружили хроническое заболевание, из за которого ей нужно было каждые полгода лежать в больнице.

Причем поскольку ей было всего пять, я должна была лежать с ней — спать на стуле, и следить чтоб она пила таблетки, и водить на барокамеру, а дома оставались еще двое детей требующих заботы. В общем дважды я выкручивалась, приезжая-уезжая каждый день, ночуя на стуле, или мастясь на краешке детской кроватки, на третий раз просто отказалась от госпитализации, попросив назначение. Таблетки мы могли пить и дома.

Сын тоже «радовал» парой неврологических диагнозов, которые на прежнем месте жительства никто и не замечал, либо просто не обращал внимания. В общем работа, дети, лечение и так по кругу.

Я научилась раскладывать таблетки и дробить их на части одной левой. Познакомилась с массажистами, неврологами и логопедами нашего района. Узнала что такое дисграфия и почему старшей поздно ставить речь и важнее поставить руку… В общем все прелести активной мамской жизни в которой наконец появились не только желания, но и возможности.

Весь этот стресс и беготня за два года вытопили из меня 50 кг лишнего веса, а муж сменил работу и обзавелся рельефными мускулами от постоянного близкого общения с лопатой. Мы потихонечку вживались в новую жизнь, обзавелись новыми привычками и даже традициями, полностью сменили рацион и стиль одежды.

И тут нас снова слегка «попробовали на прочность». В один прекрасный осенний день я бежала домой с пакетами продуктов, предвкушая удовольствие от встречи с сестрой. Мы планировали отвести детей в сквер и посидеть там за кружечкой пива, болтая о своем о женском. Где-то на середине пути меня догнал звонок. Муж попросил не пугаться, и сообщил, что его везут в травмункт.

Пакеты сами выскользнули из рук. Мужские отговорки «это не страшно, я жив» сами понимаете успокаивали слабо. Я вихрем донеслась до дома, позвонила сестре и стала ждать. Мужа привезли на такси, шел конечно сам, но рука забинтована-загипсована до запястья. Оказалось, что они разгружали кабель. Огромные деревянные катушки. И когда он забрался в кузов, и потянул такую вот многокилограммовую штуку, водитель «дернул» машину, выравнивая что-то там.

Итог — перелом с отрывом. Два пальца просто сломаны, третий размозжен. Меня затошнило от одного запаха лекарств. Не знаю, как я смогла не устроить истерики. На первом же приеме хирург предложил просто удалить раздавленную часть пальца, но тут воспротивилась я.

Дело в том, что в жизни мне приходилось встречать людей, которые имели травмы рук — серьезные ожоги, шрамы итд, они все стеснялись даже жестикулировать в присутствии посторонних. Зная сдержанный характер своего супруга, я подозревала, что это станет для него больше психологической травмой, чем физической. В итоге я настояла, что бы палец хотя бы попытались спасти.

История растянулась на полгода. Сначала заживал перелом. Потом понадобилось найти деньги на операцию под местным наркозом. Так как пострадавший палец лишился кожи, плоти и ногтя его пришили к ладони, накрыв кусочком кожи с предплечья. Несколько месяцев косточки обрастали новой шкуркой, потом пальцу вернули его нормальное положение и еще некоторое время все это заживало. Сейчас если не знать, разницы не заметишь, и я уверена, что нормальный вид руки стоил таких испытаний.