Книга Записки многодетной мамы, страница 31 – Юлия Ляпина

Так что мы решились на операцию. Папа взял отгулы на работе, я сдала анализы, что не опасна в детском отделении и мы поехали в больницу. Что скажу это было… сложно. Лор-больницу временно перевели в старый офтальмологический корпус. Здание не просто старое — древнее, изъеденное грибком. В палатах довольно чисто, но в санузлах… Ребенку я взяла горшок, понимая, что на больничный унитаз я его просто не посажу, а вот сама я намучилась.

Мне возразят — скажите спасибо, что ребенка вылечили бесплатно. Я говорю спасибо, но так же говорю, что три дня в больнице показались мне кошмаром. Нас не предупредили, что в больнице нечего есть. Совсем. Магазина нет, буфета нет, ребенку в день поступления ничего не дают — мол только поступил, да еще берут анализы. Слава Богу я додумалась прикупить йогуртов на послеоперационный период и привезла их с собой. Так что вечером сын все же поел, а я весь день провела голодная и нервная.

На следующий день операция. Тут претензий ни каких абсолютно — мамам разрешили присутствовать при введении наркоза, потом деток закутали и передали в операционную, через пять минут вернули с наказом нести в палату и не давать спать. Я сидела рядом со своим, а в это время на соседней койке бредил детдомовский мальчик лет десяти. К нему пришла санитарка, посидела минут десять и ушла со словами:

— Ну тут мамочка есть, справится!

Я немножечко мягко говоря… Мой еще маленький, просит сказку и плачет. А тот мальчик резко дергался, бредил, стонал, из горла пошла кровь… Пока я нашла санитарку мой уже орал. В итоге я же еще и получила — что не могла швабру принести и пол вымыть от крови?

Снова весь день я голодала, потому как детям после операции ничего не положено кроме воды, а мамы на довольствие не поставлены. К вечеру я была готова грызть стол. Пожаловалась маме из другой палаты, она рассказала мне, как найти магазин за территорией больницы.

Уложила сына играть в телефон и побежала. Накупила чего смогла, и сыну тоже к тому времени йогурты кончились, заодно и парня-соседа подкормила. До магазина пришлось топать сорок минут! Еще сутки мы держали оборону и наконец с криком «ура» выписались. Сын стал слышать, а я до сих пор вздрагиваю при слове «детская больница».

Как только у нас родилась старшая дочь, вся многочисленная родня принялась искать в ней таланты. Тогда еще не было тотальной моды на «раннее развитие», так что мы занимались дома сами. И что я вам скажу — наша девочка развивалась, существенно опережая свой возраст. Просто потому, что вокруг нее были взрослые, способные нарисовать собачку, почитать книжку и выложить слово из кубиков с буквами.

Детям необходимо внимание родителей, но просто внимание, а не бесконечно-удушающее стоящее над душой:

— А давай мы сейчас сделаем-слепим-нарисуем.

Ребенок подчиняется желанию взрослого, но хочет ли он сам в семь-восемь месяцев делать что-то по плану?

Еще в самом начале своей «материнской карьеры» я убедилась, что иногда ребенку надо дать возможность побыть на расстоянии, и в то же время в сфере внимания взрослого. Такое внимание я называю «рядом». Вот я сижу вышиваю, а рядом на маленьком сундучке сидит младший и рисует или играет своим роботом из лего. Дочь рисует в соседней комнате, прибегая показать и похвастаться. Старший тут же залипает в телефоне, иногда отрываясь, чтобы перебрать робота младшему. Я рядом, готова похвалить и подсказать, но не лезу в дела детей.