Книга Кикимору вызывали?, страница 52 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

На закате маг стоял в лесу неподалеку от городка. Выбрав подходящую, наполовину уже мертвую и с облезшей корой сосну, Бенито принялся большим ножом выцарапывать на земле «ловчий» круг с деревом в центре. На его губах заиграла ухмылка, когда в памяти всплыло занятие по нежитьведению. Магистр Франц Лютье был жесток и логичен, как многие некроманты.

— Ай! Ой! У-у-уй! – причитал Бенито, пытаясь раздавить последнюю кровяную осу. Насекомые длиной с ладонь взрослого мужчины славились своей кровожадностью – в буквальном смысле слова: рабочие самки кусали скот и людей, напивались крови и несли богатый железом и белком «нектар» в гнездо для выкорма личинок.

— И именно поэтому сначала мы рисуем ловчий круг, а уже потом делаем призыв! Запомните, дети: правила безопасности написаны кровью, – поучительно произнес преподаватель, поглаживая седые усы и не спеша на помощь нерасторопному ученику.

Закончив затейливый, хотя и немного кривой узор, Бенито пролил внешний край круга маслом, просыпал сушеным дягилем и поджег. Пламя было высоким, зеленым и недолго живущим.

Закончив с ловушкой, наемник принялся за «приманку»: в сухой древесине вырезал знак призыва, который заучил наизусть за время плавания. Ей-богу, корабли были не только тесными, темными и омерзительно шатающимися орудиями передвижения, они были еще и невыносимо скучными.

Закончив вырезать, Бенито привычным жестом щелкнул кольцом и ткнул выдвижным лезвием в свой безымянный палец. От всего этого «прикладного творчества» по копанию и вырезанию рун его ладони и пальцы раскраснелись, так что кровь легко выступила в достаточном количестве, чтобы обвести магические знаки и наполнить пентаграмму силой.

Маг довольно хмыкнул, любуясь проделанной работой, отметил ловушку на карте и в лучах догорающего солнца направился обратно, в гостиницу.

Вот теперь наконец можно будет помыться, поужинать и выспаться, а через день-два проверить «улов» и решить, где и как расставить «сеть».

* * *

Лодка мягко покачивалась на подсвеченных восходящим солнцем волнах. Небо затянула рыхлая пряжа сероватых облаков.

Бенито огляделся, удостоверившись, что неподалеку нет свидетелей. Поднял со дна лодки ловушку на донных морских гадов, насадил на крючок мелкую рыбку, а в ловчую полость закинул плоский кусок сланца. На камне были заранее вырезаны знаки призыва.

Ловушка с «начинкой» отправилась на дно, а веревка, присоединяющая к колючей корзине поплавок, «оборвалась».

Маг сделал пометку на карте и со вздохом взялся за весла – на дне бухты предстояло оставить еще четыре манка.

Овьедо умел преподносить сюрпризы. Разрушив большую часть магического круга, сыщики решили, что справились с нечистью, но увы, манки продолжали притягивать различных существ, опасных для людей. Поэтому те три дня, что папаша Хименес «навещал друзей», Аугусто и Гомез вместе с Кариной болтались на лодке в порту, пытаясь отыскать другие «точки» в крабовых ловушках, на камнях и даже на стене маяка!

Мокрые, просоленные, поджаренные солнцем, они возвращались в город на закате, и Гомез сразу нес напарницу в фонтан. Лейтенант уже знал, что делать, и немедля вылавливал торговца горячими лепешками или делал заказ в таверне, чтобы накормить похудевшую и побледневшую синьориту Видаль.