Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 61 – Алекс Скай

Значит, нужен другой способ. Мирель изучала край двери.

— Здесь щель.

— Где?

Она показала. У самого пола. Я опустилась на колени. В щель можно было вставить что-нибудь плоское. Не ключ. Рычаг. Как в комнате шестнадцать.

— Ваш нож для бумаги с вами?

— После прошлой ночи я ношу его почти как оружие.

— Очень архивно.

Она передала. Я вставила. Механизм сопротивлялся. Потом сдался. Дверь открылась. За ней оказалась круглая комната. Я вошла первой. И забыла сказать что-нибудь. Стены были исписаны полностью. Не краской. Не обычными видимыми строками. На первый взгляд — голый камень. Но дар видел другое. Каждый участок стены хранил письменные следы. Тысячи слоёв.

Фразы накладывались одна на другую, будто здесь десятилетиями писали, стирали и писали снова. Я приблизилась к стене. Коснулась. В сознании вспыхнули обрывки.

...не подписывать...

...третья печать...

...если книга...

...помнит...

...вернуть...

Я резко отняла руку.

— Что вы видите? — спросила Мирель.

— Слишком много.

— Можно разобрать?

— По одному слою, возможно.

В центре комнаты стоял каменный стол. На нём лежали несколько совершенно чистых листов. Чистых слишком хорошо. Будто их положили недавно. Мирель подошла.

— Здесь кто-то бывает.

— Или бумага лежит долго.

— Она не пожелтела.

Верно. Я коснулась первого листа. Ничего. Второго. Чисто. Третьего. Едва заметный след. Не буквы. Ожидание. Я сама не смогла бы объяснить иначе.

— Странно.

— Что?

— Бумага словно использовалась, хотя на ней ничего не писали.

Мирель огляделась.

— Что делали в этой комнате?

— Возможно, именно это мать пыталась скрыть.

Я вынула перо из кармана.

— Что вы собираетесь делать?

— Проверить.

— Лиара.

— Мы пришли сюда ради проверки.

— Неизвестной магической комнаты?

— Вы очень быстро стали осторожной.

— Потому что теперь я её вижу.

Я положила лист на каменный стол. Написала простую фразу:

Мирель стоит слева от меня.

— Почему это?

— Проверяемое настоящее. Без государственной тайны.

— Разумно.

Чернила высохли. Ничего не произошло. Я ждала. Мирель тоже.

— Великое открытие, — сказала она. — Бумага сохраняет написанное.

— Дайте минуту.

Я коснулась листа. Мой письменный след. Обычный. Потом — второй. Не на листе. На стене. Я обернулась. На камне за моей спиной появился слабый отпечаток той же фразы. Не видимый глазами. Только даром.

— Она скопировалась.

— Куда? — Я показала. Мирель коснулась камня, но ничего не почувствовала.

— А дальше?

— Не знаю.

Я прошла вдоль стены, следуя за отпечатком. Он уходил вниз. Потом вбок. Как будто комната передавала текст через старые слои. И внезапно исчез. Не стёрся. Ушёл.

— Лиара?

— След пропал.

— Это хорошо?

— Не знаю.

В коридоре что-то скрипнуло. Мы обе обернулись. Шаги. Мирель выругалась шёпотом.

— Охрана?

— Или Кайр.

— Что хуже?

— Сейчас узнаем.

Дверь открылась. Кайр стоял на пороге. Один. Без стражи. Его взгляд сначала нашёл меня, потом Мирель, потом лист на столе.

— Я оставил одну лазейку, — сказал он. — Одну.

Мирель подняла руку.

— Я помогла.

— Это очевидно.

— Не будете читать нотации?

— Позже.

Я скрестила руки.

— Значит, вы действительно специально оставили возможность выйти.

— Да.

— Почему?

— Хотел увидеть, куда вы пойдёте, если решите, что я вас предал.

— Очень здоровая основа доверия.

— Мы оба уже признали, что его нет.