Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 121 – Алекс Скай

— Арестовать Лиару Вейн.

Кайр открыл глаза. И сделал шаг ко мне. Не из-за того, что хотел. Именно это было страшнее всего. Он сопротивлялся каждым движением. Но тело выполняло записанное обязательство. Рован двинулся вперёд. Королевская стража перекрыла.

— Не вмешивайтесь! — приказал Аларик.

Рован остановился только потому, что вокруг уже десятки людей потянулись к оружию. Один неверный шаг превратил бы свадьбу в бой. Мирель подошла к отцу.

— Отмените приказ.

— Отойди.

— Вы используете Книгу перед всем Советом.

— Именно поэтому никто потом не сможет сказать, что я скрывал необходимость.

— Необходимость? — Её голос изменился.

— Вы заставляете человека действовать против собственной воли.

— Для сохранения государства.

Я всё ещё держала ладонь на странице. Кайр приближался. Медленно. Каждый шаг давался как борьба.

— Лиара, — произнёс он.

— Я здесь.

— Делайте.

Я поняла, что он имеет в виду. Седьмое письмо. Если любишь — убей. До полуночи. Я посмотрела на дворцовые часы. Без десяти. Значит, запись государственной измены должна окончательно закрепиться в полночь. Не завтрашнюю. Эту. Мы неправильно поняли страницу. Она была «завтрашней» в момент, когда открылась прошлой ночью. Теперь этот день наступил. Десять минут.

— Кайр, остановитесь.

— Не могу.

— Попробуйте.

Он почти рассмеялся. Даже сейчас.

— Очень полезный совет.

Ещё шаг. Король сказал:

— Связать и вывести.

Кайр протянул руку. Я могла отойти. Не стала. Вместо этого провела ладонью по записи.

Кайр Эстель — Чёрный канцлер.

Не человек. Не имя. Запись. Я закрыла глаза. Всю жизнь мой дар двигался в одном направлении. К потерянному. Стёртое слово оставляло след, а я тянула его обратно. Спрятанная строка лежала глубже, а я поднимала её на поверхность. Изменённая дата сохранялась в бумаге, а я находила предыдущую.

Я никогда не спрашивала, что произойдёт, если сделать наоборот. Не найти след. Не восстановить. А оттолкнуть. Сначала ничего. Запись существовала слишком давно. Много слоёв. Клятва. Подтверждения. Исполнения. Приказы. Каждый оставлял след вокруг титула. Я чувствовала Чёрного канцлера в Книге как узел. Не Кайра. Именно должность. Сотни старых записей разных канцлеров.

Титул существовал поколениями. Но нынешняя связь принадлежала конкретной строке.

Кайр Эстель.

Я коснулась её письменного следа. Не трогать имя. Если исчезнет личная запись, неизвестно, что сделает Книга с человеком. Мне нужна вторая часть.

Чёрный канцлер.

Я нашла слой. И вместо того чтобы потянуть наружу, толкнула внутрь. Сопротивление оказалось таким сильным, что пальцы свело напряжением. Книга помнила титул. Не хотела отпускать. Я толкнула снова. За спиной слышались голоса. Король что-то приказал. Мирель спорила. Рован требовал пропустить его. Кайр был уже рядом. Его рука коснулась моего запястья. Не сжала.

Не смогла.

— Быстрее, — произнёс он.

— Стараюсь.

— Я знаю.

Запись дрогнула. Я увидела все старые слои разом. Назначение Кайра. Клятву. Печать. Королевское подтверждение. Многочисленные распоряжения. Человек становился должностью постепенно, документ за документом. Чтобы уничтожить титул, мало стереть одну строку. Нужно вырвать его из всей цепочки. Нет. Не вырвать. Перенаправить. Я вспомнила комнату письмен.

Когда фраза уходила в прошлое, я не заставляла каждый документ измениться отдельно. Я задавала направление. Письменная память сама находила путь. Сделать то же. Только не назад. В пустоту между слоями. Туда, где никогда не было записи. Я представила не уничтожение букв. Отсутствие самого факта связи. Книга сопротивлялась. Я усилила давление.