Книга Царь Скорбь, страница 99 – Джо Хилл

— Побуду, сколько потребуется, милая, – заверила ее Гвен.

— Она, конечно, на редкость паршивой бабой была, – прошептала Тана, – но все-таки мне родня…

— Ничего, сегодня вечером я тебе родню заменю, – пообещала Гвен. – С радостью. Кстати, работать тебе обязательно?

Тана, прерывисто вздохнув, приложила ладонь к животу.

— Надо ж на что-то пеленки с подгузниками покупать.

С этим Гвен спорить не стала.

— Ладно, вот заберу тебя с работы и останусь с тобой, пока не надоем.

Артур, подойдя к ним, не слишком уверенно коснулся спины Таны.

— Жаль, что так вышло, – пробормотал он.

— А мне – нет? – огрызнулась Тана. – С чего мне, по-твоему, так погано?

Добравшись до Терновников, они припарковали «Цивик» позади «кадди» и направились в дом. По пути, в полумраке кабины, Гвен некоторое время плакала, но к приезду взяла себя в руки, хотя всякий, взглянув на нее, сразу заметил бы, что глаза ее вспухли, покраснели от слез. Сам Артур плакать и не подумал. Опустошенный, ошеломленный известием о гибели Джейн, он сделался неуязвимым для чего-либо вроде печали, или ужаса, или стыда – или что там еще полагается чувствовать после того, как ненавистного тебе человека сожгли заживо по твоему приказанию.

Остальные обнаружились в библиотеке. Колин, присев на корточки, раскладывал в камине дрова, а Элли, стоило Артуру с Гвен войти, завопила:

— Эгей, студентка, обучение начинается-а-а-а-а-а-а! – однако, увидев лицо Гвен, поспешила зажать рот ладонью.

Колин, не поднимаясь, развернулся к ним, но его глаза заблестели нетерпеливым, жадным огоньком.

— Царь Скорбь, – заговорил он. – Царь Скорбь ее кончил, так? Дотянулся до них обоих?

Кивнув, Гвен нетвердым шагом подошла к карточному столу и опустилась на табурет.

— Каким образом? – не унимался Колин.

В ответ Артур пересказал то немногое, что услышал от Таны. Покончив с раскладкой дров, Колин поднес спичку к тонким кедровым стружкам и смятой газете, скормил огню несколько лучинок, а как только пламя поднялось повыше, отошел к бару и начал разливать скотч.

— Ну что ж, значит, у нас два повода для праздника, – заметила Донна, дослушав рассказ Артура до конца.

Артур в искреннем удивлении поднял брови:

— Тебе вправду плевать?..

— Вовсе нет. Не плевать. На тебя не плевать. На нас всех, – ответила Донна, указав на собравшихся широким взмахом руки. – Уж такая я, знаешь ли, есть. Моя доброта, знаешь ли, не безгранична.

— И мне ее нисколько не жаль, – признался Ван. – Вообще. Обломно только, что выяснилось оно именно сегодня. Как нарочно, чтобы Гвен весь праздник испортить.

Колин вручил Гвен бокал скотча со льдом. Гвен, одним глотком осушив его до половины, прикрыла глаза и опустила руки на кожаный бортик карточного стола. Колин уселся с ней рядом, а по другую сторону сел Артур. Ван, занявший обычное место Колина, место крупье, принялся тасовать колоду.

Колин сощурился, поднес бокал скотча к глазу и устремил взгляд в огонь, любуясь игрой пламени сквозь янтарный напиток. Уголки его губ дрогнули в едва заметной философской улыбке.

— Мы, – нарушив молчание, заговорил он, – финансировали войну в Биафре, чтоб гарантировать себе доступ к их нефтяным промыслам. И цели достигли, завалив трупами всю страну. Полмиллиона убитых…

Элли, подойдя к Гвен сзади, обняла ее и примостила подбородок ей на макушку, а Гвен, откинув голову ей на грудь, снова прикрыла глаза.