Книга Царь Скорбь, страница 28 – Джо Хилл

— То есть, o’кей, я верю: что-то в этом да есть. Психологическое оружие… ты же говорил, Луэллин этим и занимался? По-моему, фильм этот снят, чтобы… ну, даже не знаю… чтоб иностранные державы поверили, будто правительство США создает армию духов. Призраков. Чтоб копия этой пленки вроде как невзначай попала за «железный занавес», и Москва навалила в штаны, испугавшись американского арсенала боевых полтергейстов.

— Боюсь, Москва в этом смысле изрядно опередила нас, – заметил Луэллин, вернувшийся в библиотеку с новой лампочкой для светильника. – Боевых духов они разрабатывали еще с пятидесятых. У них это называлось «План “Гоблин”», а разработки свернули в 1965-м, после того как Андреев, их ведущий исследователь, воткнул себе в ухо отвертку. Практически лоботомия… а проделал он это, по словам жены, «чтобы шептунчик наконец-то умолк». Видите ли, приглашение сверхъестественного в собственную жизнь чревато одной проблемой: оно ведь может остаться с тобой навсегда… Налить кому-нибудь скотча? Ничто на свете не дополняет вкус оккультного лучше, чем глоток односолодового.

— Вот это – «да», – тут же ответил Ван. – По-моему, даже «да, черт возьми».

— Мистер Рен, можно вопрос по поводу кое-чего в конце фильма?

— Слушаю, Гвен.

— Тот человек в темных очках. С каракулями поверх глаз. Он ведь умер… верно?

Стоило ей заговорить об этом, Артур почувствовал, что тоже, едва увидев те черные каракули, понял: чернокожего здоровяка в водолазке нет в живых. И в тот же самый момент это поняли все до единого.

— Джордж Лейн… да. Спустя три недели после съемки этого фильма. Ехал на базу, сбил олененка, выскочившего на дорогу, а тот, пробив лобовое стекло, размозжил ему копытом голову, – подтвердил Луэллин, раздавая гостям бокалы со скотчем. – После этого Элвуд умолк, хотя… – Вздохнув, Луэллин кивнул в сторону настенного светильника: – Хотя, как видите, порой ворочается, бормочет во сне.

Первый глоток виски в жизни Артура опалил язык и нёбо, словно драконье пламя.

Исследованиями Кунсткамеры Луэллина да стращанием друг друга историями о привидениях их развлечения вовсе не ограничивались. Той осенью они, собираясь вместе, просмотрели множество выпусков «Неразгаданных тайн». Макбрайды, проникшиеся к «Тайнам» особой любовью, не желали, не могли пропустить ни единого выпуска. Зациклившаяся на нелюдях, уродах, чинивших зло детям, Донна всем сердцем ратовала за самые жестокие наказания для таковых. Смертных приговоров ей было мало: по ее мнению, душегубов-насильников следовало прежде кастрировать, и лучше всего – ржавым мачете. Ван же, напротив, увлекся преступниками, сумевшими благополучно избежать возмездия, вроде Джека-Потрошителя, Д. Б. Купера^[30] и Унабомбера^[31].

Слушая их двоих, недолго было свихнуться. Ван считал, что учеба в колледжах должна стать бесплатной, а здравоохранение – законной обязанностью государства. Донне хотелось, чтобы Пятерку из Сентрал-парка^[32] торжественно расстреляли на публике. Прежде Артур полагал, что близнецы должны соглашаться друг с другом во всем. Теперь вся их компания от души забавлялась, глядя на Донну, бессменную председательницу рэкхемского клуба юных консерваторов, и ее точную копию, махрового социалиста, считавшего чересчур правыми даже демократов. Года полтора назад Ван говорил, что на президентских выборах восемьдесят восьмого года проголосует за «технического кандидата»^[33], Вилли Нельсона^[34]: Вилли наверняка легализует траву, а налоги с торговли марихуаной пустит на финансирование государственных детских садов. Донна собиралась голосовать за Джорджа Буша – даже дважды, дай ей только такую возможность. В конце концов ни Донна, ни Ван не проголосовали вообще, позабыв зарегистрироваться для голосования в штате Мэн.