Книга Царь Скорбь, страница 19 – Джо Хилл

— Мой дед действительно со странностями, – мягко ответил Колин.

Все в изумлении умолкли.

— А заснят здесь, – продолжил Колин, указывая на пленку, – один из последних в серии экспериментов «Филипп» – тех, проводившихся военными здесь, в Америке. Вдохновленных работой канадских ученых, Уиттена с Оуэном.

— Эксперименты серии «Филипп»… Что это? – заинтересовалась Элли.

— В начале семидесятых группа исследователей из Торонто затеяла эксперимент с вымышленным духом. Придумали персонажа по имени Филипп Эйлсфорд, сочинили историю его жизни, нашпигованную намеренными ошибками и откровенной чушью, а потом начали устраивать спиритические сеансы, на связь его вызывать. И вызвали. Смех смехом, а вызвали. Их Филипп мог поднять в воздух столик. Мог притушить свет, захлопнуть ставни на окнах, понизить температуру на десять – двадцать градусов. Все это чистая правда, хотите – проверьте. В подтасовках их так никто и не уличил. Ну, а мой дед со своей исследовательской группой повторил этот эксперимент в Лэнгли. Выдумав собственного духа, большого любителя шуток, и окрестив его капралом Элвудом Хондо.

— И что этот Хондо мог делать?

— А вот, все здесь, на пленке. Надо как-нибудь собраться вместе и посмотреть.

Пока остальные разговаривали о духах, Артур принялся изучать странное пианино. Железный рычаг, переключающийся с «ВКЛ.» на «ВЫКЛ.», еще рычаг с надписью «ТЕМП»… Стоило ткнуть рычаг пальцем, клавиши пианино вдруг ожили, забренчали, вызванивая какую-то рубленую, бешеную сонату. Сдавленно вскрикнув, Артур шарахнулся прочь, да так, что едва не свалился с банкетки, а клавиши все скакали вверх-вниз, однако музыка становилась все тише и тише. Казалось, накокаиненный полтергейст выдыхается, впадает в оцепенение.

— Он здесь! – завопил Ван, спеша укрыться за массивным столом и увлекая за собой Элли. – Хондо здесь, среди нас!

Элли взвизгнула, но вовсе не от испуга – скорее уж с удовольствием.

— Это же пианола. Ну, механическое пианино, – пояснил Колин. – Чтоб играло, на педали жать нужно. Если кому не нравится Моцарт, у нас и другие рулоны есть. По-моему, в коллекции деда имеется даже буги-вуги.

За разговорами он успел переместиться к обтянутому зеленым сукном карточному столу, какого не постыдились бы и европейские казино, и принялся искусно, одной рукой, тасовать выуженную откуда-то колоду карт.

— Ладно, давайте начнем. Если все возьмутся за дело всерьез, думаю, успеем доказать существование экстрасенсорного восприятия как раз к кексу с корицей.

* * *

Устроившись у противоположных краев карточного стола, Донна с Ваном взялись за чтение мыслей. Колода Зенера состояла из двадцати пяти карт с пятью символами: квадрат, круг, звезда, какие-то волнистые линии и знак «плюс». Ван, вытащив карту наугад, пристально глядел на нее, Донна говорила, что́ это, на ее взгляд, за карта, а Колин, вооружившись блокнотом, вел счет верным и неверным ответам.

Поначалу у Донны с Ваном дело не ладилось. Элли, встав за спиной Донны, принялась разминать ей плечи.

— Ничего, ничего, все o’кей. Сегодня Сатана тебя оставил, а завтра, глядишь, снова о тебе вспомнит.

— Треугольник, – объявила Донна.

— Нет в этой колоде треугольников, дура, – устало откликнулся Ван.

Донна, нацепив зеркальные темные очки, коснулась пальцем виска.